Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

15

рыбки хотят наловить.

            -- Ты дашь мне прочесть записку!

            -- Конечно, дам. Только сомнение меня берет, Коля: не напрасно ли я пишу?

            Между отцом и сыном завязался разговор. Старик рассказывал Николаю о деятельности своей в последние два года. В словах его звучала унылая нотка. Он все еще не падал духом, все еще бодрился, но Николай заметил, что в эти два года Иван Андреевич потерял много прежних надежд. Иван Андреевич с грустной усмешкой говорил, что он в собраниях почти всегда в меньшинстве.

            -- Ты, как Прудон, один составляешь партию .

            Старик усмехнулся.

            -- Почти что так. Впрочем, два-три товарища иногда есть, а то больше один да один. И меня даже в беспокойные люди записали. Вот через месяц будет экстренное собрание. Поедем -- увидишь.

            -- А ты все отдельные мнения подаешь?

            -- Подаю.

            -- И громишь своих противников?

            -- В последнее время, Коля, меня уже слушают не так, как прежде.

            -- А ты все громишь?

            -- Не молчать же! Если все замолчат, то что хорошего? Все капля точит камень. И о чем иногда приходится спорить-то, брат!

            Старик махнул рукой.

            -- И чего беречься? -- уныло прибавил он и замолчал. -- Знаешь ли, просто стыдно в пятьдесят два года рассказывать. На днях ко мне приезжал председатель земского собрания, испуганный, взволнованный. Знаешь ли, зачем? Сообщить мне, что моя речь в последнем собрании показалась кому-то резкой, и его вызывали для объяснений. А знаешь, о чем говорил я эту зажигательную речь? -- печально усмехнулся старик. -- О том, чтобы земство ходатайствовало о соблюдении закона при взыскании недоимков. Это, видишь ли, деликатный предмет!.. Бедняга председатель просто насмешил меня своим страхом. Рассказал, что Кривошейнов сплетню в губернии пустил. Ему и поверили!.. Но ведь не может же так продолжаться, не правда ли? Еще немного времени -- и ты, Коля, увидишь, что будет и на нашей улице праздник, взойдет и над нашей нивой солнышко.

            Лицо Ивана Андреевича сияло надеждой, слова звучали верой.

            -- А пока будем, Коля, записки писать! Авось что-нибудь и выйдет. По крайней мере недаром бременишь землю! -- весело прибавил Вязников, трепля сына по плечу. -- Так ведь? Ну, а ты что с собой думаешь делать?

            Из полуотворенной двери несколько времени как доносился чей-то свежий женский голос. Николай несколько раз прислушивался и поворачивал голову. Он только что хотел отвечать на вопрос отца, как на пороге появилась Марья Степановна, а из-за ее плеча выглядывало хорошенькое женское личико с синими глазами.

            -- Можно к вам, господа? -- спросила Марья Степановна. -- Я гостью привела.

            -- А, Леночка! Идите, идите сюда. Посмотрите-ка на нашего дорогого гостя!

            В кабинет вошла молодая девушка в простеньком ситцевом платье, плотно облегавшем красивые, правильные формы. Хорошенькая головка, с приветливыми синими глазами, была окаймлена темно-русыми, откинутыми назад, короткими волосами. От нее веяло свежестью, здоровьем и какой-то задушевной простотой. Видно было, что она выросла на привольном воздухе.

            Бойкой, уверенной походкой подошла она к старику, крепко, по-мужски, пожала ему руку и, протягивая потом маленькую, твердую руку Николаю, проговорила, слегка краснея:

            -- Здравствуйте, Николай Иванович.

            -- Здравствуйте, Лен...

            Он запнулся.

            -- Елена Ивановна!

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту