Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

54

не бывало спросил:

            -- Как ход-с?

            -- Десять узлов, ваше превосходительство!

            В голосе мичмана звучала виноватая нотка.

            Адмирал поднял голову, осмотрел паруса и заметил:

            -- Отлично-с у вас стоят паруса...

            Этот комплимент, который в другое время порадовал бы мичмана, теперь, напротив, заставил его только вспыхнуть. Он напомнил ему о парусах, потерянных по его вине, и казался ему какою-то насмешкой.

            "Уж лучше бы он опять разнес и назвал прачкой!" -- подумал мнительный и нервно настроенный моряк.

            Адмирал, казалось, понял и это. Ему стало жаль молодого человека. И он мягко промолвил:

            -- Не следует падать духом, любезный друг... Вы получили тяжелый урок и, конечно, им воспользуетесь... Беда у всех возможна... И вам только делает честь, что вы так близко приняли ее к сердцу... Это доказывает, что в вас морская душа бравого офицера... Да-с!

            Молодой мичман, все еще думавший, что ему место только в "прачках", ожил от этих ободряющих слов адмирала и в эту минуту желал только одного: чтобы на корвет немедленно налетел самый отчаянный шквал. Он показал бы и адмиралу и всем, как лихо бы он убрался.

            Но горизонт со всех сторон был чист, и мичман мог только взволнованно проговорить:

            -- Я, ваше превосходительство, поверьте... заглажу свою вину... Вы увидите...

            -- Не сомневаюсь... И скажу вам, что на ваших вахтах я буду спокойно спать! -- проговорил адмирал и спустился с мостика.

            Мичман, не находя слов, благодарно взглянул на адмирала, оказывающего ему такое доверие, и окончательно почувствовал себя снова неопозоренным моряком, могущим оставаться на службе.

            И адмирал не ошибся. Действительно, он мог потом спокойно спать на вахтах Щеглова, так как после этого дня на корвете не было более бдительного вахтенного начальника.

            Ободряющие, вовремя сказанные слова отчаявшемуся молодому моряку сохранили флоту хорошего офицера и были убедительнее всяких выговоров и арестов и всего того мертвящего формализма, который особенно губителен во флоте.

            Николай Афанасьевич долго кейфовал у себя в каюте и не показывался наверху, чтобы не встретиться с адмиралом.

            Наконец он послал вестового за старшим офицером, и когда тот присел в капитанской каюте, капитан спросил:

            -- Ну что, Михаил Петрович, адмирал отошел?

            -- Отошел, Николай Афанасьич... Только что с Леонтьевым объяснился и извинился перед ним.

            Монте-Кристо пожал плечами и, улыбаясь, сказал:

            -- Сумасшедший!.. С ним ни минуты покоя... Значит, и нас с вами не отдаст под суд?

            -- Мало ли что он скажет...

            -- Ну и накричался же он сегодня... Уф! -- отдувался

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту