Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

81

которой он не раз доводил до сведения государя через разных лиц, приезжавших с донесениями князя.

            Никакая награда не сопровождала любезного по форме рескрипта .

            Одновременно по приказанию государя наследник написал князю М.Д.Горчакову о назначении его главнокомандующим крымской армии.

         

      III

           

            В первое время многие обрадовались новому главнокомандующему.

            "Он привел с собой свежие войска, -- писал один из участников войны, -- обширную власть и неограниченные средства, а главное -- поднял нравственный дух войск. Все надеялись, что он начнет смелые наступательные действия и сделает блистательный переворот кампании".

            Ввел в такое заблуждение главнокомандующий.

            Сам по характеру далеко не решительный, писавший военному министру, что край истощен и что продовольствие, одежда, госпитали и пути сообщения невозможны, князь Горчаков еще с самого приезда не верил в возможность успеха.

            Но в приказе по армии, между прочим, писал:

            "Самое трудное для вас время миновалось: пути восстановляются, подвозы всякого рода запасов идут безостановочно, и сильные подкрепления, к вам на помощь направленные, сближаются".

            И приказ оканчивался упованием главнокомандующего на то, что "вскоре, с божией помощью, конечный успех увенчает наши усилия и что мы оправдаем ожидания нашего государя и России".

            Прошел месяц, и радость так же скоро исчезла, как и явилась.

            Подходили постепенно и подкрепления, но ежедневная потеря людей на бастионах была так велика, что надо было пополнять гарнизон. Горчаков просил больших подкреплений, но вначале получить их не мог. А неприятель усиливался. После взятия наших передовых редутов, обращенных неприятелем в свои, -- бомбардировки наносили сильный вред бастионам, убивали массу защитников и уже обращали Севастополь в развалины.

            Горчаков не раз подумывал оставить Севастополь, но не решался на этот поступок без разрешения, тем более что и по военным законам можно оставить крепость только по отбитии трех штурмов.

            Император Александр Николаевич разрешил только в крайнем случае заключить капитуляцию, но ни в каком случае не соглашаться на сдачу гарнизона.

            "Эта мера крайняя и которую я бы желал избегнуть", -- прибавлял в рескрипте государь.

            И Горчаков снова колебался.

            -- Видали вы подлость? -- спросил однажды Нахимов у одного сослуживца.

            Тот не понимал, о какой подлости говорил Нахимов.

            -- Видали ли вы подлость? Разве не видели, что готовят мост через бухту?

            Нахимов не мог допустить мысли об оставлении Севастополя. Он не сомневался, что надо только умереть, защищая его.

            Князь Горчаков, совершенно справедливо считавший свое положение отчаянным, тем не менее откладывал свою мысль оставить город, отбивавшийся уже девять месяцев. Он понимал, каким нареканиям подвергнется его репутация, если он оставит Севастополь, не отбив хотя одного штурма. Но в то же время сознавал, что, упорствуя в дальнейшей защите города, все равно обреченного, он потеряет и армию. Только "мир, чума или холера могут мне помочь", -- писал он военному министру.

            Но несколько позже, когда приближались подкрепления,

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту