Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

79

крепчал. К концу дня он ревел.

            Ревела и бухта.

            Волны поднимались в каком-то бешенстве и яростно разбивались одна о другую. Седые гребни рассыпались алмазной пылью. Ее подхватывал ветер, и бушующая бухта была подернута точно мглой.

            Нечего и говорить, что ялики не могли ходить. Яличники вытащили свои шлюпки на берег и разошлись по домам.

            Бугай и Маркушка, оба в полушубках, с обмотанными шарфами шеями, все-таки очень зазябли на ледяном ветре. Особенно холодно было ногам. Они быстро направились домой и скоро вошли в свою маленькую комнату в домишке близ рынка, против Артиллерийской бухты. Домишко этот принадлежал солдатке Бондаренко, жене крепостного артиллериста, служившего на одном из приморских фортов.

            В комнате было тепло. Солдатка догадалась вытопить печь. Сожители обогревались, испытывая физическое удовольствие тепла.

            -- Славно! -- воскликнул Маркушка.

            -- То-то, брат, тепло!

            "А на баксионах не тепло!" -- подумал Бугай, но промолчал.

            Скоро крепкая, приземистая чернявая солдатка, которую Бугай называл "Ивановной", принесла разогретый борщ и кусок баранины и, между прочим, рассказала, что утром совсем близко залетела шальная бомба и убила двух мальчиков.

            Бугай выпил сегодня за ужином более своих обычных двух стаканчиков водки.

            -- Праздник и видишь, Маркушка, какая собака -- погода! Так чтоб ног не ломило! -- проговорил Бугай, словно бы считая нужным объяснить Маркушке свои соображения, заставившие его выпить полштоф. Поднес он два раза по стаканчику Ивановне.

            -- С праздником, Ивановна! И будьте здоровы! А борщ и барашек у вас, Ивановна, форменные. Настоящий хохлацкий борщ!

            -- На то я и хохлушка. С праздником!

            После ужина напились чаю и зажгли сальную свечку.

      0x01 graphic

           

            Тогда Маркушка достал из-за пазухи свою довольно захватанную и грязную книжку, подсел к Бугаю и значительно произнес:

            -- Хотите послушать книжку, дяденька?

            -- Опять заскулишь рцы, мрцы... бра-вра? -- промолвил старик, усмехаясь.

            -- Я по-настоящему, дяденька...

            -- Что ж... Попытай! -- недоверчиво сказал Бугай.

            Затягивая слоги и повторяя слова с серьезным видом напряженного и нахмуренного лица, словно бы одолевавшего необыкновенно трудные препятствия, читая по-книжному и несколько монотонно-торжественно, не меняя интонации, Маркушка читал крошечный рассказик о великодушном льве.

            Бугай, казалось, не верил ушам.

            Он пришел в восторженное изумление. Несомненно, Маркушка читал по книжке про льва. Маркушка являлся в глазах Бугая более необыкновенным мальчиком, чем лев, про которого так же напряженно слушал, как напряженно Маркушка читал.

            Когда Маркушка наконец кончил и поднял глаза на старика, ожидая его приговора, Бугай глядел на мальчика точно на героя, свершившего нечто необыкновенное.

            Словно бы еще не освободившийся от чар Маркушки и, пожалуй, отчасти и от чар полштофа, почти умиленный, Бугай в первую минуту, казалось, не находил слов.

            И наконец воскликнул:

            -- Ну и башка. До чего дошел!

            -- И все можно понять, дяденька? -- необыкновенно довольный, спросил Маркушка.

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту