Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

75

насыпь над общей могилой, постояли несколько минут, истово крестились и становились на колени. И мальчик, значительно облегченный от исполненного им долга, и Бугай, посетивший могилу бывшего приятеля, поручившего сына, и снова пообещавший в мысленных словах беречь мальчика, -- оба торопливо и, казалось, спокойнее вернулись на шлюпку и, забравши пассажиров, повезли их в Севастополь.

            -- А милосердная придет? -- спросил под вечер Бугай.

            -- Беспременно придет. Обещалась! -- уверенно и доверчиво отвечал Маркушка.

            -- Как только ей оторваться от дела... Работает, добрая душа, до отвала...

            -- Переведут госпиталь к Графской, и сам к ней сбегаю.

            -- Она ведь все знает... И скажет, где достать книжку! -- заметил Бугай.

            И действительно, сестра милосердия, не забывшая понравившегося ей Маркушку, через три дня, часу в восьмом утра, пришла на пристань и окликнула своих друзей.

           

         

      ГЛАВА XI

         

      I

           

            -- Небось пришла! -- шепнул, полный горделивого чувства своей правоты, Маркушка, подталкивая Бугая.

            И оба, при виде сестры милосердия, встали на своем ялике и сняли шапки.

            -- Вот и пришла проведать маленького рулевого. Здравствуй, Маркушка! Здравствуй, Бугай... Мы ведь соседи... Вчера перебрались в морское собрание! -- говорила сестра спокойно, тихо и тем грудным мягким голосом, который звучал проникновенной, охватывающей душу сердечностью.

            Но особенно ласковы были глубокие глаза, большие, лучистые и грустные. Они точно светились особенным тихим внутренним светом, исходящим из них, и эти глаза делали поблекшее, усталое и худое продолговатое лицо в белом коленкоровом форменном капоре сестры милосердия необыкновенно чарующим своей прелестью высшей духовной красоты.

            В Севастополе не знали, кто она и откуда.

            Об этом сестра милосердия не рассказывала.

            Знали и благословляли раненые только "милосердную" Ольгу.

            Одному Нахимову, к которому она явилась вскоре после первой бомбардировки с просьбой разрешить ей ходить за ранеными, приезжая должна была сообщить, что она княжна Ольга Владимировна Заречная, и пояснить, что дочь того известного богача и опального сановника Заречного, который живет теперь за границей.

            И княжна попросила Нахимова оставить в секрете об ее звании.

            -- Пусть для всех я буду сестра Ольга и, если нужно, просто Заречная!

            Нахимов, сам не знавший и не терпевший тщеславия, молча, но с особым уважением пожал руку княжне, добровольно приехавшей в Севастополь на тяжелый подвиг, и, разумеется, исполнил обе ее просьбы.

            -- А я знал, барыня, что вы придете! -- возбужденно-радостно воскликнул Маркушка.

            -- А почему, Маркуша?

            -- Обещали... И вы...

            Маркушка внезапно оборвал речь.

            -- Что ж замолчал?.. Ну, какая по-твоему? -- с вызывающей добротой спросила сестра Ольга.

            И она почувствовала себя в особенно хорошем настроении здесь, на берегу моря, с Маркушкой и Бугаем, неожиданно ставшими близкими, хотя и такими далекими по своему положению, такими грязными и плохо одетыми и такими, казалось ей, мужественными и хорошими.

            -- И скажу, коли хотите! -- самолюбиво

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту