Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

39

он, возвышая голос. -- К вечеру вы и батарею поставите. Уверен... И врага не пустим в Севастополь! -- прибавил адмирал.

            -- Не пустим! -- раздался в ответ восторженный крик.

            -- Еще бы пустить с такими молодцами! -- крикнул Корнилов.

            Он хотел было ехать дальше, как заметил старика Бугая.

            И припомнил лихого марсового и отчаянного пьяницу на корабле "Двенадцать апостолов", которым Корнилов прежде командовал.

            -- Кажется, старый знакомый... Бугай? -- спросил адмирал.

            -- Точно так, Владимир Алексеич! -- отвечал старик, обрадованный, что Корнилов не забыл прежнего фор-марсового.

            -- Чем занимаешься?

            -- Яличник, Владимир Алексеич!

            -- Вижу -- прежний молодец. Спасибо, что здесь, Бугай!

            И адмирал кивнул головой и поехал шагом дальше, сопровождаемый адъютантом.

            "Ура" пронеслось еще раскатистее. И словно бы стараясь оправдать уверенность Корнилова, рабочие, казалось, еще ретивее и быстрее продолжали работу... И насыпи батарей поднимались все выше и выше.

            -- Небось вспомнил марсового! -- промолвил про себя Бугай, наваливаясь со всех сил на лопату.

            А после слов Корнилова Маркушка, казалось, чувствовал себя необыкновенно сильным и уверенным, что врага не пустим.

            -- Ведь не пустим, дяденька?

            -- Не пустим, Маркушка!.. Да не наваливайся так... Полегче... Надорвешься, Маркушка!..

            Палящее солнце уже было высоко. Жара была отчаянная. Рабочие обливались потом, но, казалось, не обращали на это внимания, и почти никто не делал передышки.

            В одиннадцать часов прозвонили шабаш на целый час.

            И много баб и детей, только что пришедших из города, уже раскладывали на черной земле принесенные ими мужьям, отцам и родственникам посуду и баклаги с обедом.

            -- Давай, Маркушка, и мы пообедаем. Кулек-то у нас с важным харчем... Проголодался? -- спрашивал Бугай, вынимая съестное и раскладывая его на своем пальтеце.

            -- Не дюже, дяденька...

            -- Видно, уморился? Ишь весь мокрый, как пышь из воды.

            -- Маленько уморился... Но только передохну и шабаш... Не оконфузю Корнилова. А главная причина -- жарко!

            -- А ты ешь, и не будет жарко... Ветчина-то скусная с булкой... Ешь, мальчонка... И огурцы кантуй... Очень даже хорошо с сольцей...

            Маркушка ел торопливо, рассчитывая воспользоваться шабашем, чтоб сбегать на бастион -- посмотреть на него и проведать отца. Не отставал и Бугай и промолвил:

            -- Даром, что седьмой десяток, а зубы все целы! Отпей и кваску, Маркушка... Отлично!

            И ветчину и огурцы они быстро прикончили...

            -- Теперь давай кавуны есть.

            Но Маркушка деликатно отказался. Однако арбуз взял.

            -- Да ты что же, Маркушка?

            -- Тятьке бы снес...

            -- Добер же ты, Маркушка. Однако ешь... Мы тятьке и два принесем... Хватит и на нас...

            После того как Маркушка съел арбуз, старый яличник подал мальчику сверток с леденцами.

            -- Это ты один ешь... А мы с твоим тятькой этим не занимаемся. А ты любишь?

            -- Очень даже... Спасибо вам, дяденька.

            -- Завтра опять будет тебе такая прикуска... А теперь пойдем на баксион...

            Когда Бугай

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту