Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

22

вышел, сел на лошадь и поехал объезжать город, успокаивая взволнованных жителей.

         

      IV

           

            Маркушка, посланный с запиской к Нахимову, через две минуты добежал до небольшого дома и вошел в незапертый подъезд.

            В прихожей сидел матрос-ординарец.

            -- Нахимов дома? -- спросил Маркушка.

            -- Ад-ми-ра-ла? Да зачем тебе, мальчишка, адмирала? -- спросил маленький черноволосый молодой матросик.

            И вытаращил на Маркушку свои пучеглазые, ошалевшие и добродушные черные глаза.

            -- Дело! -- значительно и серьезно сказал мальчишка.

            -- Дело?

            И матросик прыснул.

            -- Да ты не скаль зубы-то, а доложи сей секунд: "Маркушка, мол, пришел..."

            -- Скажи пожалуйста!.. С каким это лепортом? Не накласть ли тебе в кису да по шеям?..

            -- Как бы тебя Нахимов не по шеям, а я письмо принес с Северной; приказано Нахимову беспременно отдать. Можешь войти в понятие?.. Доложи! -- громко и нетерпеливо говорил Маркушка.

            -- Так и сказал бы! А то хочешь, чтоб тебя, охальника, да по загривку. Да черт с тобой, мальчишка! -- добродушно улыбаясь, сказал ординарец. -- А нашего адмирала, братец ты мой, дома нет. Будь дома, я тебя, ерша, пустил бы в горницы и без доклада. Адмирал не форсист... Он простой... От кого же у тебя письмо?

            -- От флотского барина. А ты, матрос, укажи, где найти Нахимова. Обегаю город и разыщу.

            -- Спешка?

            -- То-то. Так не держи. Сказывай.

            -- По баксионам, верно, объезжает. Каждый день на баксионах. Как, мол, стройка батареев идет... Поторапливает.

            -- Ну, бегу...

            -- Стой, огонь! Подожди! К восьми склянкам обещался быть. Минут через пять вернется! Садись вот около, да и жди!

            Маркушка присел на рундуке в галерее.

            -- А ты зачем был на Северной, Маркушка? Живешь там?

            -- Нет... Тятька мой на четвертом баксионе, а я рулевым на ялике дяденьки Бугая! -- не без достоинства проговорил Маркушка.

            -- Ишь ты?.. Рулевым? Да тебе сколько же, мальцу, годов?

            -- Двенадцатый! -- вымолвил Маркушка.

            "Кажется, не маленький!" -- слышалась, казалось, горделивая нотка в голосе, и серьезное выражение лица.

            И сказал, что только на ялике привез двадцать пассажиров раненых.

            -- А сколько их на Северной осталось! Страсть. Лучше и не гляди на них... Жалко! Так стон стоит! А призору им не было... Только теперь пришли баркасы. Заберут! -- говорил взволнованно Маркушка.

            И с озлоблением прибавил:

            -- Все он, подлец, перебил... И сколько нашего народа... И вовсе стуцером обескуражил наших... А он за нашими и в ночь придет на Северную... Разве что Нахимов не пустит...

            Но уж в голосе Маркушки не было уверенности.

            -- Ишь ты, чего наделал Менщик! -- испуганно вымолвил матрос.

            -- Стуцер... И силы мало!.. -- воскликнул Маркушка.

            -- А вот и Нахимов приехал! -- сказал матрос и вскочил.

            Вскочил и Маркушка и увидел Нахимова, подъезжавшего на маленьком конике к крыльцу.

           

         

      ГЛАВА III

         

      I

           

            Нахимов ловко слез с небольшого гнедого иноходца и, слегка нагнувши голову, быстрыми и мелкими шагами вошел в галерею.

     

 
Телепрограмма тнт смотрите здесь http://www.awtv.ru/tnt/.

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту