Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

1

      II

           

            Егор Певцов первогодок.

            Всего только шесть месяцев тому назад, как его, неуклюжего, крепкого и приземистого, белобрысого двадцатиоднолетнего паренька, с большими добродушными серыми глазами, в числе других новобранцев привели в Кронштадт из глухой деревушки Вологодской губернии.

            Он сделался матросом, никогда в жизни не видавши не только моря, но даже и озера. Видал он только маленькую речонку Выпь, протекавшую у деревни.

            Его поместили в казарму, одели в матросскую форму, и на другой же день экипажный командир, осматривавший новобранцев, оглядев Певцова, проговорил, обращаясь к командиру роты, в которую был назначен Певцов:

            -- Из этой "деревни" хороший марсовой выйдет!

            И затем спросил Певцова:

            -- Как зовут?

            -- Егором! -- испуганно отвечал новобранец.

            -- Фамилия?

            Матросик в недоумении моргал глазами.

            -- Прозвище как?

            -- Певцов...

            -- Вологодский?

            -- Вологодские будем.

            -- Ну, братец, служи хорошо!.. Будь молодцом... Все, смотри, будьте молодцами! -- подбодрил экипажный командир новобранцев.

            И вслед за тем прибавил суровым тоном:

            -- А не то...

            Он не досказал и ушел.

            Но все новобранцы поняли, в чем дело. Они уже слышали, когда шли в партии, что на службе спуска не дают.

            Действительно, в те времена спуска не давали и матросов учили при помощи очень суровых наказаний.

            После крестьянской жизни трудно было Певцову привыкать к казарме.

            Он первое время находился в постоянном страхе и, что называется, лез из кожи вон, чтобы не навлечь на себя наказание. Но по тем временам это не всегда было возможно.

            Унтер-офицер Захарыч, назначенный обучать новобранцев выправке и ружейным приемам, добродушный вне службы пожилой человек, не отличался большим терпением и, сам выученный далеко не ласково, находил, что без боя "никак невозможно обломать деревенщину" и, как он выражался, привести в "форменный рассудок".

            И этот унтер-офицер нередко зверел во время учебы. Ему все казалось, что "деревня" необыкновенно упорна и не "обламывается" с тою скоростью, с какою бы ему хотелось: и грудь не выпячена, и молодцеватого вида нет... Одним словом, новобранцы -- мужики мужиками. Пожалуй, и ротный за это не похвалит и велит "всыпать" учителю.

            И глаза учителя наливались кровью; его красноватое лицо с багровым от пьянства носом перекашивалось, и он начинал "крошить".

            Матросик покорно выдерживал удары озверевшего унтер-офицера и только бледнел и жмурил глаза. Но потом целый день был сам не свой. Полный тоски и обиды, забивался он куда-нибудь в угол и думал горькие думы о безвыходности своего положения.

            Подобная муштровка происходила ежедневно. Несмотря на старания Певцова угодить своим усердием Захарычу, редкий день обходился без того, чтобы матросик не был избит.

            А Захарыч вдобавок еще говорит:

            -- Это еще что!.. на сухой пути... А в море будет вам, подлецы, настоящая разделка!

            Подтверждение этих слов о настоящей "разделке" в море молодой матрос не раз слышал в казарме из обычных разговоров, которыми коротали вечера матросы. Наслушался

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту