Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

21

видел, что она "втемяшилась", как он выражался, и пользовался своим положением. В скором времени Груня передала ему все деньги, которые у нее были, и заложила все свои вещи. Она притихала, когда Васька был не в духе, и терпеливо сносила его ломание. А он таки ломался над любящей женщиной, и ему доставляло какое-то удовольствие дразнить ее, возбуждая ее ревность.

            И Груня по целым дням плакала, когда, случалось, Васька не приходил. Но стоило ему прийти, стоило сказать ласковое слово -- и она вся светлела и спрашивала:

            -- Любишь ты меня?

            -- Не любил бы, небось не ходил... А ты думала как? -- прибавлял насмешливо писарек, сам увлеченный страстью красавицы матроски.

            Но скоро увлечение его стало проходить. Он все реже и реже стал заходить к Груне и, когда та начинала упрекать, отвечал:

            -- Хочу -- пришел, хочу -- нет... Я -- вольная птица...

            -- Так-то любишь?.. А что говорил?

            -- Мало ли что скажешь бабе... Не всякому слову верь...

            -- Вася! Да бог-то у тебя есть?

            -- Слава богу, крещеный...

            Груня горько плакала. Тогда он утешал ее ласками, брал последние деньги и уходил...

            Наступил август месяц, и Васька совсем перестал ходить к Груне. Во-первых, боялся он, что скоро вернется муж и как бы ему не попало от него, а во-вторых, он и охладел к своей любовнице, -- слишком уж она "всерьез" к нему была "привержена", и это его пугало. Вдобавок он уже начал приударивать за франтоватой горничной из Петербурга, поступившей к одному адмиралу и успевшей уже обратить на себя внимание господ писарей и своим задорным личиком, и фасонистыми костюмами, и шляпкой с цветами, и высокомерным отношением к ухаживателям.

            "Дескать, я на всех вас ноль внимания!"

            В качестве кронштадтского "сердцееда", Васька перенести этого не мог и принялся бомбардировать адмиральскую горничную своими любовными словечками.

            Груня загрустила. Почуяло ее сердце, что Васька разлюбил ее, и она первые дни ходила как потерянная. Неужли так и бросил, не простившись даже? И она жадно искала с ним встреч. Но он и не глядел на нее, раз даже, проходя под руку с расфуфыренной чернявой горничной, усмехнулся и что-то прошептал своей спутнице на ухо, показывая на Груню.

            Глубоко оскорбленная вернулась Груня домой, и ей все еще не верилось, что можно быть таким бессовестным человеком.

            -- За что? За что? -- шептала она, и горькие слезы катились по ее щекам.

            На следующий день, отправляясь за бельем, она встретила Ваську.

            -- Вася! -- позвала она.

            -- Ну, что тебе? -- нетерпеливо проговорил Васька.

            -- И тебе не стыдно? -- кротко спросила матроска.

            -- Чего стыдиться-то? И вовсе мне не стыдно! -- нахально проговорил он, улыбаясь глазами.

            -- Зачем же ты облещивал?.. Говорил, что жисти решишься... Значит, все врал?..

            -- А ты, деревня, и поверила?.. Думала, я и взаправду из-за тебя жизни решусь... Держи карман...

            Груня стала белее полотна и наивно спросила:

            -- Зачем же ты врал?

            -- Известно зачем... Чтоб облестить... Ты такая недотрога была... Фу ты на... Не подходи... А я, значит, и подошел... Поняла теперь?.. А затем

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту