Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

9

работящая и рассудливая... Золото-девка, можно сказать. Только дом их вовсе бедный... Бесприданница твоя Аграфена, а то чем не невеста...

            -- Небось не в бедный дом войдет...

            -- Да я не перечу... Бери себе Аграфену.

            Просиявший Григорий поблагодарил отца за согласие и вдруг, внезапно омрачаясь, проговорил:

            -- Только пойдет ли за меня?

            -- Отчего не пойдет? -- воскликнул старик, словно бы обиженный за сына и удивленный его сомнению. -- Всякая с радостью за тебя пойдет. Ты, слава богу, парень у меня не худой... Промышляешь не хуже меня... Смышленый и душевный парень... Ни табаком, ни вином не занимаешься... Не бойсь, Аграфена не дура... Должна пойти. А ежели что, отец прикажет, так не посмеет против воли... Я сам сватом пойду...

            -- Только силком не надо... Ежели, значит, против воли...

            -- Да разве ты с ней не обладил?

            -- То-то не решался! -- застенчиво проговорил Григорий.

            -- Эх ты тюлень, тюлень! Всем-то ты взял, Гришуха, а вот только стыдливый какой-то... Точно малый ребенок... Ну, ну, не сумлевайся... Сама охоткой пойдет.

            Отец Аграфены с радостью принял предложение.

            Не протестовала и Груня.

            Хотя она и не чувствовала особенной склонности к Григорию, но он противен ей не был. И ни для кого не билось сильнее ее сердце, и ничей взгляд не смущал ее, не испытавшей еще любви. Замуж выходить во всяком случае надо, а Григорий парень тихий, добрый, непьющий и по всему селу считается лучшим промышленником.

            В тот же вечер Григорий с какою-то торжественною серьезностью спросил молодую девушку:

            -- Волей идешь за меня, Груня? Не принудили?

            -- А то как же? Неволей бы не пошла! -- отвечала Груня.

            Обрадованный, счастливый Григорий стал говорить ей, как любит он ее и как будет беречь свою "ласточку", и, пользуясь темнотой, порывисто привлек ее к своей груди и стал осыпать ее лицо безумными поцелуями.

            Но Груня, покорно отдаваясь этим поцелуям и слушая эти застенчивые излияния, не находила отклика в своем сердце и, казалось, была более удивлена, чем счастлива.

         

      V

           

            Григорий прожил с молодою женой зиму и весной, по обыкновению, отправился на Мурман. Плавая на своем карбасе, он тосковал по Груне и с нетерпением ждал осени.

            Пришла осень, он возвратился домой, но недолго пришлось ему наслаждаться радостью быть вместе с любимой женой.

            В 1853 году пронеслась зловещая весть о войне. Приуныли в деревнях старики и старухи, приуныли молодые парни. Весть эта говорила о солдатчине с ее жестокостями того времени, о смерти, о разорении, о разлуке с близкими на целые двадцать пять лет. Человек словно бы отрывался от родины и становился чужим для нее.

            Вести подтвердились. Приехал исправник и прочитал бумагу об усиленном наборе. Григория, как младшего сына, забрали и назначили матросом.

            Отчаяние Григория, внезапно оторванного от деревни, от любимого промысла, от молодой жены, было беспредельное. Старик отец не выдержал и прослезился, прощаясь с сыном навсегда. Доживет ли он до его возвращения, и возвратится ли он когда-нибудь? Мать голосила. Одно только несколько утешало Григория, -- надежда

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту