Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

148

России, получавших жалованье двадцатого числа каждого месяца.

            __________

            -- Слухи ходили! -- ответил Никодимцев, заинтересованный этим словоохотливым, раздраженным стариком.

            -- Слухи?! Я не говорил бы, основываясь на слухах... Это у вас, в Петербурге, только и живут, что слухами... Этот "мальчик" купил недавно имение рядом с моим и заплатил чистоганчиком шестьсот пятьдесят тысяч... Надеюсь, не выиграл три раза подряд по двести тысяч и не скопил этих денег из жалованья!.. Да и за женой он не взял приданого. Я знаю ее. Она из наших мест. А ведь тоже считался бескорыстным и готовился сиять на административном небосклоне, и недаром был любимцем самого бескорыстного его высокопревосходительства! Зато, вероятно, его и отпустили с миром... Болен, мол, от непосильных трудов. Получай из государственного казначейства четыре тысячи пенсии. Деньги к деньгам. Живи, бог с тобой, и занимайся промышленностью... Строй заводы... Открывай руды... А под суд ведь только попадают маленькие воришки и изредка какой-нибудь неопытный действительный статский советник для того, чтобы прокуроры могли время от времени бить себя в грудь и вопиять о том, что закон одинаково карает сильного и слабого, богатого и бедного... Слышал я на днях, как распинался у вас один прокурорчик, обрадованный, что на десерт к нему попался статский советник, растративший тысячу рублей казенных денег!.. Много цивизма обнаружил по поводу этого статского советника... А тайные, видно, у вас все ангелы добродетели! -- все с большим раздражением кидал слова старый господин, по-видимому не заботившийся ни об их литературности, ни о логической связи и словно бы желавший в лице своего случайного спутника уязвить насоливших ему чиновников.

            -- Чем же вас так огорчил Петербург? -- спросил Никодимцев.

            -- Мазурничеством под самой изысканной и, разумеется, законной формой... Волокитой под предлогом всестороннего изучения выеденного яйца, а в сущности... Да вы, может быть, спать хотите, или вам не угодно слушать старого болтуна?.. Так вы, пожалуйста, не церемоньтесь! -- неожиданно сказал старый господин, прерывая свои филиппики.

            -- Я пока спать не хочу. Рассказывайте, я слушаю, -- проговорил Никодимцев.

            Этот озлобленный старик казался ему порядочным человеком и возбуждал к себе симпатию. И, кроме того, Никодимцеву было интересно слышать, как ругают чиновников. Ему, в его положении директора департамента, приходилось только слышать и даже читать о себе комплименты. А тут такой болтливый и не стесняющийся спутник!

            -- И мне что-то не спится... Отучился я хорошо спать в Петербурге... И приехал я туда, знаете ли, когда?

            -- Когда?

            -- В мае месяце... Я, знаете ли, несмотря на свои шестьдесят лет, все еще дурак! Вообразил, что в самом деле теперь можно скоро дело сделать... Выслушают, решат -- и конец... А вместо этого я вот теперь только уезжаю...

            -- По крайней мере хоть успешно кончили дело?

            -- А никак не кончил. Плюнул и уехал... Пусть без меня оно когда-нибудь кончится и, разумеется, не в мою пользу... Да не в этом дело... Не это меня злит... Ну скажи прямо: не находим основания к удовлетворению вашей просьбы. Правильно или неправильно решение, но хоть есть какое-нибудь решение. А то водили меня за нос... Сегодня... Завтра... Обсудим... Снесемся... И, главное, ведь почти все эти Иваны Ивановичи, от которых зависело дело, в принципе, как они теперь выражаются, были за меня... В этом-то и курьез!

            Никодимцев знал хорошо эти курьезы и про себя усмехнулся наивности своего спутника, верившего чиновникам, соглашавшимся в "принципе".

            -- А еще курьезнее то, что не только Иваны Ивановичи, но и сама высшая

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту