Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

18

            -- На три! -- недовольно протянул Артемьев.

            -- Долгонько!

            И капитан меланхолически свистнул.

            -- Ведь и вы, Александр Петрович, женаты. И я имел честь встречать вашу супругу. Конечно, не в разводе?.. -- шутливо прибавил Алексей Иванович.

            -- И не разведен, и трое детей, Алексей Иванович!

            -- В некотором роде: "бамбук"!

            Толстый капитан зажмурил глаза и рассмеялся необыкновенно добродушным, заразительным и приятным смехом.

            -- Просились сюда? -- уверенно спросил он.

            -- Назначили. И никак не отвертелся, Алексей Иванович, -- смеясь, ответил Артемьев.

            И подумал:

            "Добрый человек этот Тиньков. С ним, конечно, будем ладить!"

            -- А я, батенька, просился. Пять детей детворы, -- я ведь большую часть службы отстаивался по летам на мониторах в Транзунде! -- довольно усмехнулся при этом капитан. -- Ну, долги... И тому подобное... Надел мундир и к Берендееву... Понимаете?.. Поневоле попросишься и в эти трущобы...

            Вестовой подал чай. Алексей Иваныч подлил fine champagne* гостю и подлил себе.

            ______________

            * Водка высшего качества (франц.).

           

            Видимо обрадованный, что может поболтать с новым порядочным человеком, да еще с помощником, с которым можно нараспашку посудачить о высшем начальстве, капитан начал расспрашивать о том, что нового в Петербурге и в Кронштадте, остается ли Берендеев на своем месте, или, в самом деле, назначат Нельмина ("Порядочный-таки прохвост и все такое!" -- вставил Алексей Иванович), и, узнавши от Артемьева, что Берендеев не уходит, капитан, вероятно, по случаю такого приятного известия, подлил себе еще коньяку и подлил гостю и, отхлебнув чаю, проговорил:

            -- По крайней мере наш старик -- не шарлатан. Честный и справедливый, и работящий. Ему не смеют нашептывать... И тому подобное... Шалишь...

            Посудачив с удовольствием о разных начальниках центрального управления, Алексей Иванович познакомил своего старшего офицера и с начальником эскадры, контр-адмиралом Парменом Степановичем Трилистниковым.

            -- Ничего себе... Не разносит. Любит только, чтобы матросы громко и радостно встречали. А на ученьях не придирчив. И сам небольшой до них охотник... Кажется, только и думает, как бы окончить свои два года и вернуться. Одним словом, был бы спокойным адмиралом, если бы не адмиральша...

            -- А что?

            -- Увидите... Она ведь здесь, на "Олеге"... Дама воинственного характера. Вроде Марфы Посадницы... И все такое... Перед ней адмирал пас... А она всегда с адмиралом будто с бескозырным шлемом в руках. И чтобы подчиненные ее боялись... Очень апломбистая! Всякую смуту заводит на эскадре... Запретили бы в Петербурге начальникам эскадр своих жен... Только наш адмирал краснеет, а выйти из-под начальства адмиральши не смеет... Она и переводит и назначает офицеров. К одним благоволит, других не любит. Понимаете... Все-таки военный флот, и вдруг баба!.. Нехорошо!..

            -- Совсем гнусно... Уж я слышал.

            -- И еще, слава богу, эта самая Марфа Посадница, с позволения сказать, -- сапог и под пятьдесят... Даже матрос после долгого перехода не влюбится... И все подобное... А что если бы такая начальница да была молодая и обворожительная, вроде "великолепной Варвары"! Что бы вышло?..

            -- Какой

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту