Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

2

зря докучать вашему высокопревосходительству.

            -- Почему?

            -- Она вовсе не озорного вида.

            -- А какого?

            -- Очень даже благородного обращения, ваше высокопревосходительство! Хоть по своей гордости и не оказывает обескураженности, плакать не плачет, а заметно, что в расстройке... Такая тихая, в строгой задумчивости сидит просительница и ждет!

            И после паузы Никита значительно и серьезно прибавил, чтобы напугать адмирала:

            -- Как бы, грехом, с ней чего не случилось от отчаянности, ваше высокопревосходительство!

            -- Чего? -- испуганно и растерянно спросил адмирал.

            -- Известно, по женской части. Схватит ее "истерик", и заголосит просительница на всю квартиру! -- значительно и таинственно понижая голос, докладывал Никита.

            Недаром же он клепал на просительницу с самыми добрыми намерениями человека, еще не забывшего совесть.

            Он хорошо знал своего адмирала. Не раз наблюдал, как теряется старик, "давая слабину", когда адмиральша, лет на тридцать моложе мужа, женщина, по словам Никиты, "шельмоватая", "форсистая" и еще "бельфамистая", довольно-таки часто занималась "истериком" и в такие минуты называла мужа "противною старою обезьяной".

            Вот почему, пользуясь случаем, Никита "забирал ходу", как называл он смелость своего разговора с адмиралом, и продолжал:

            -- Одно только будет беспокойство вашему высокопревосходительству, осмелюсь доложить... И ежели бы изволили потребовать просительницу, она живо бы обсказала свою причину, и... проваливай!

            Адмирал снова назвал своего камердинера непечатным словом и прибавил:

            -- Черт с ней. Зови ее! Только предупреди: пять минут -- и ни секунды!

            -- Есть, ваше высокопревосходительство! -- отвечал Никита, не обращая большого внимания на брань и, казалось, очень довольный, скрывая свое горделивое чувство победителя.

            "Только зря больше пяти минут куражился. Давно принял бы барыню и сидел бы за своими бумагами!" -- подумал Никита.

            И почти вприпрыжку "исчез" из кабинета обрадовать просительницу.

            А старый адмирал, словно бы боявшийся уронить престиж власти, на который покушается жена капитана второго ранга Артемьева ("И как он смел пустить свою дуру к высшему начальству!"), слегка выпялил грудь, нахмурил седые брови и, заложив за спину обе руки, остановился невдалеке от дверей в позе нахохлившегося дятла, готовый оборвать "нахалку".

           

         

      II

           

            Уже предубежденный против просительницы, адмирал в первую минуту не сообразил, что остановившаяся перед ним, слегка бледная, высокая, стройная женщина, в черном платье и в скромной шляпке, решительно ничем не походила на наглую психопатку, какую рассчитывал встретить его высокопревосходительство.

            Не заметил, казалось, адмирал в просительнице и того невольно бросающегося в глаза, что заметил Никита: отпечатка простоты, порядочности и горделивой скромности и строгой одухотворенной красоты ее умного, энергического лица с большими темными, серьезными глазами.

            Он только обратил внимание, что она не извинялась и не благодарила за то, что допущена к высокопоставленному лицу, и ее глаза глядели на него прямо, открыто и смело, полные надежды.

            Этот взгляд, совсем непохожий на те заискивающие, рассчитанно-кокетливые

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту