Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

220

            "И женился, Чайкин, на "правильной" американке. Жена не такая, как прежняя невеста, стибрившая деньги. Да и деньги у меня лежат!" -- прибавлял Дунаев в письме по-английски и снова звал Чайкина к себе компаньоном.

            Чайкину очень хотелось бы повидать Дунаева, который так сердечно ухаживал за ним во время болезни, и отвести с ним душу по-русски, но ехать к нему нельзя было, а поступать компаньоном в лавку, разумеется, он не хотел.

            Как ни нравилась Чайкину Америка, где человек мог жить как ему хочется, если только не нарушает закона, но общий склад американцев ему не нравился. Каждый, казалось ему, только и думал об одном -- о наживе -- и ради этого только и употреблял необыкновенные усилия и выказывал необыкновенную энергию. И, кроме того. Чайкин заметил, что, несмотря на то, что все в Америке равны, богачи все-таки гнушаются бедняками и вообще людьми, не умеющими пробиться.

            Особенно поражали и возмущали Чайкина те миллионеры-американцы, о баснословной роскоши которых он читал и слышал и которые, думалось Чайкину, совсем забыли о совести и живут не по правде, наживая несметные богатства далеко не чисто. И Чайкин не раз спрашивал себя:

            "Отчего это на свете так неправильно устроено? И разве нельзя жить иначе?"

            Нечего и говорить, что ответа на запросы его души не было... Жизнь отвечала совсем не так, как хотелось бы нашему бывшему матросику.

            И даже такие добрые люди, как миссис Браун и мисс Нора, удивлялись, что можно думать о таких несбыточных мечтах.

            Одна только Джен, сиделка в госпитале, понимала и была, по мнению Чайкина, действительно праведной душой.

            Но много ли таких?

            Чайкина не забывали сан-францисские друзья...

            Нелли время от времени писала своему спасителю и звала во Фриски. Отец ее два раза просил не забывать, что готов к его услугам. Мать Нелли писала, что никогда не забудет Чайкина.

            Макдональд писал, что уезжает в Нью-Йорк, а перед отъездом приезжал на день повидать Чайкина и сообщил, что старый Билль по-прежнему ездит с дилижансом и кланяется Чайку.

            Изредка писал Чайкину и старик Билль и, между прочим, известил, что Абрамсон умер.

            Но русских за эти три года Чайкин так и не видал. А между тем он слышал, что на приисках есть русские.

            Один рабочий на ферме, копавший прежде золото, однажды сообщил, что видел компанию русских. У них был участок около того участка, на котором прогорел американец... Но, кажется, они ушли с участка.

            И Чайкину так хотелось увидать земляков.

            "Хоть бы повидать... Хоть бы по-русски поговорить!" -- думал Чайкин.

            Однажды летом, в воскресенье, рано утром он пошел к тому месту, где останавливается дилижанс из Сакраменто, в надежде встретить русских, и по дороге увидал одного усталого и плохо одетого пешехода.

            Он взглянул на его широкое лицо, обрамленное русой бородой, и сердце Чайкина екнуло.

            По обличию ему показалось, что это русский, и Чайкин окликнул по-русски:

            -- Не земляк ли?

            -- Русский и есть... С приисков иду... А вы откуда?

            Чайкин с восторгом слушал русскую речь и крепко пожимал руку путника.

            -- И как я рад земляку... Как рад! Вы куда направляетесь, земляк?

            -- На дилижанс... в Сакраменто... Оттуда в Сан-Франциско.

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту