Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

199

жить?

            -- Да, Чайк!

            -- Везде, мисс Джен, много дурного... на всем свете...

            -- Но у нас в Америке все-таки лучше, чем где бы то ни было! -- с гордостью произнесла она уверенным и даже вызывающим тоном.

            И, странное дело, этот вызывающий тон задел вдруг за живое Чайкина и приподнял его патриотические чувства. И ему хотелось показать американке, что и на ее родине, как и везде, люди тоже живут не по совести.

            -- Разве вы видали, Чайк, страну лучше нашей? Разве вы видали страну, в которой бы человеку жилось свободней, чем у нас? Разве вы не чувствуете себя здесь более счастливым уже потому, что никто не вправе, да и не подумает посягнуть на вашу свободу? Думайте как хотите, говорите что хотите, делайте что угодно, -- если только вы не причиняете вреда другим, никто вам не помешает... Никто не смеет нарушить вашу неприкосновенность, хотя бы вы говорили против самого президента. Понимаете вы это, Чайк?

            -- Понимаю... Слова нет, здесь вольно жить, а все-таки как посмотришь, так и здесь душа болит за людей... Неправильно люди в Америке живут, мисс Джен! -- проговорил Чайкин в ответ на горячую речь мисс Джен.

            Американка удивленно взглянула на Чайкина.

            Этот русский матрос, которого наказывали, который дома должен был чувствовать себя приниженным и безгласным, и вдруг говорит, что в такой свободной стране, как Америка, люди неправильно живут.

            -- Чем же неправильно, по вашему мнению, Чайк? -- спросила наконец мисс Джен.

            -- Многим...

            -- Например?

            -- А хоть бы подумать, как здесь обращаются с неграми, мисс Джен...

            -- Но за них и война была. Им дали все права свободных граждан, Чайк!

            -- Права хоть и дали, а все-таки с ними не по-людски обращаются, будто негр и не такой человек. С ними и не разговаривают по-настоящему, их и в конки не пускают... одно слово, пренебрегают... А разве это настоящие права у человека, которым пренебрегают, мисс Джен? И чем он виноват, что родился черный! А я так полагаю, что у господа бога все равны, что белый, что черный, и пренебрегать им только за то, что он черный, прямо-таки грешно. А им пренебрегают вовсе и на него смотрят так, как добрый человек и на собаку не посмотрит... И что еще очень мне здесь не понравилось, мисс Джен, так это то, что здесь очень жадны к деньгам... Таких вот, как вы, что бросили богатую жизнь, чтобы призревать больных, должно полагать мало. А все больше для денег стараются и вовсе забыли бога... И бедными так пренебрегают, вроде как неграми, и смеются над ними, и не жалеют их. А почему это у одних миллионы, а у рабочего народа ничего? И разве можно по совести нажить эти миллионы? Непременно под этими миллионами людские слезы. А этих слез здесь будто и не замечают... Друг дружку валят и теснят, -- только бы самому было лучше... Так разве и здесь правильно живут?.. Вольно-то вольно, но только неправильно! -- заключил Чайкин.

            Мисс Джен внимательно слушала Чайкина и, когда он кончил, крепко пожала ему руку и взволнованно проговорила:

            -- А ведь вы правы, Чайк. Мы живем, как вы говорите, неправильно, и мало кто думает, что можно иначе жить.

            -- То-то, мало. Если бы думали, то, верно, иначе жили бы.

            -- Но как вы пришли к таким взглядам, Чайк? -- спросила мисс Джен.

   

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту