Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

168

стоит, мне объяснил. Он и вещи ее возил на пароход и видел, как она уехала. Ну, я из гостиницы в отчаянности побежал в участок...

            -- И что же?

            -- Как рассказал я в чем дело, -- смеются как оглашенные.

            -- Чему?

            -- Да все тому же! -- раздраженно крикнул Дунаев.

            -- А вернуть денег нельзя?

            -- Затем я и ходил... Но только в участке ничего не вышло. "Какие, говорят, доказательства, что вы, как настоящий джентльмен, не сделали вашей невесте свадебного подарка?" И три полицейских покатывались от смеха. "А судом, спрашиваю, разве нельзя?" -- "Если, говорит, хотите отсидеть три года в тюрьме за клевету, то, разумеется, можно!" И опять хохочут. А один спрашивает: "Вы, конечно, русский?" -- "Русский!" -- "Ну, так я и знал!" -- говорит. "Почему? -- спрашиваю: -- Разве русские в чем-нибудь дурном замечены? Или вы полагаете, что я облыжно показываю?" -- "Напротив, говорит, вполне верим, что не облыжно, потому что никто другой, кроме русского, не пришел бы сюда признаваться в такой глупости, какую сделали вы". И снова заливаются... Оттуда я как ошпаренный прибежал сюда! -- заключил свой рассказ Дунаев.

            И он неожиданно хватил себя кулаком по лбу и воскликнул:

            -- И поделом тебе, дураку! Тоже жениться вздумал! Вперед наука!

            -- Чем же ты теперь займешься?

            -- Известно, чем. Опять в возчики пойду. Тут есть контора. Меня знают и опять капитаном возьмут.

            -- Может, тебе денег нужно, так возьми! -- предложил Чайкин.

            -- Не нужно мне денег... У меня есть пятьдесят долларов. Хорошо, что еще и эти не отобрала!

            И с этими словами Дунаев стал раздеваться, чтобы лечь спать.

            -- А ты, Чайкин, когда едешь? -- спросил он, уже лежа под одеялом.

            -- Завтра с вечерним пароходом.

            -- А ты хотел с утренним?

            -- Надо у Абрамсона побывать...

            -- Охота к нему ходить... Он тебя, жид, обманно хотел на судно определить, а ты с ним связываешься... Нешто хорошим он ремеслом занимается?.. Сманивать матроса, давать сонную водку да вроде как продавать его на купеческие корабли.

            -- Он теперь не дает сонной водки.

            -- Все равно... низким делом занимается... Лучше не ходи... Еще как бы не усыпил тебя да не обобрал дочиста.

            Чайкин, разумеется, не сказал, что дал Абрамсону на торговлю его ваксой денег и что, кроме того, дал денег на отправку Ревекки за город, и проговорил:

            -- Тоже, если разобрать по-настоящему, то и Абрамсона нельзя вовсе осудить...

            -- Это жидюгу-то?

            -- А разве жид не такой же человек? У бога, брат, все равны...

            -- Христа-то жид продал!

            -- Один Иуда не пример... И христиане бога продают, живя не по совести... А если Абрамсон и занимался нехорошим делом, так от нужды... Надо прокормиться с семьей...

            -- Ну, ты всякого разбойника готов оправдать... С тобой не сговоришь... По-твоему, может оказаться, что и эта воровка Клара не виновата?

            -- Виновата, но только...

            -- Что? -- нетерпеливо перебил Дунаев.

            -- Но только надо разобрать, по каким таким причинам она потеряла совесть... Может, и были причины, что она на обман такой пошла...

            -- Скверная баба -- вот и причина... Попадись она мне когда-нибудь! Я ее!

            -- Бабу-то!

            -- А хоть бы и бабу!

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту