Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

128

            -- Кому? Тебе?

            -- Нет, Дэку.

            -- Отчего не дать!

            -- Не побоишься его взять?

            -- Чего бояться? Здесь, брат, если будешь всего бояться, так никакого дела не сделаешь. Был бы только человек пригоден к делу, а чем он занимался прежде, -- этого не касаются. Тут ведь люди нужны, и большого выбора не приходится делать. Возьму. Попробую его. Если подойдет, оставлю.

            -- То-то. Надо вызволить человека.

            -- Он сам себя может вызволить, если захочет. Работай только. Только вряд ли он пойдет ко мне.

            -- Отчего ты так думаешь?

            -- Не пойдет он на "мясное" место.

            -- Почему?

            -- Джентльменист очень. Видел, руки у него какие господские... тонкие такие да длинные... Ему по какой-нибудь другой части надо заняться: либо в контору, либо по чистой торговле... Деликатного он воспитания человек... Это сразу оказывает... А впрочем, нужда прижмет, так не станет разбирать местов. Здесь, братец ты мой, не то, что в России: барин -- так он ни за что не возьмет простой должности. Здесь люди умней, никакой работой не гнушаются, -- понимают, что никакая работа не может замарать человека.

            -- Это что и говорить!

            -- Здесь, в Америке, сегодня ты, скажем, миллионщик, а завтра ты за два доллара в день улицы из брандспойта поливаешь. И никто за это не обессудит. Напротив, похвалит. В Сан-Францисках был один такой поливальщик из миллионщиков...

            -- Разорился?

            -- Да. А была у него и контора, и свой дом, и лошади -- одним словом, богач форменный... Но в несколько дней лопнул. Дело большое, на которое рассчитывал, сорвалось, и все его богатство улыбнулось... И он дочиста отдал все, что у него было, до последней плошки, потому гордый и честный человек был, и сам определился в поливальщики. Так все на него с уважением смотрели... На этот счет в Америке умны, очень умны!

            -- Что ж, этот миллионщик так и не поправился? -- спросил Чайкин, заинтересованный судьбой этого миллионера.

            -- Опять поправился... Поливал, поливал улицы, да и выдумал какую-то машину новую... Люди дали под эту машину денег, и он разбогател, и опять дом, и контора...

            -- Ишь ты!..

            -- А то, братец ты мой, и в возчиках у нас был довольно-таки даже странный человек из немцев!

            -- А чем странный?

            -- Да всем. Сразу обозначил, что не такой, как все... И с первого раза видно: к тяжелой работе не привык... И старался изо всех сил, чтобы, значит, не оконфузить себя... И как, бывало, идем с обозом, он сейчас из кармана книжку -- и читает. И на привалах поест, да за книжку... И вином не занимался, и в карты ни боже ни!.. Из себя был такой щуплый, длинноногий, в очках и молодой, годов тридцати... И никогда не ругался, тихий такой да простой... И кто же, ты думаешь, оказался этот немец?

            -- Кто?

            -- Ученым немцем. Он всякую науку произошел и был в своей земле при хорошем месте. Студентов обучал, профессором прозывался и книжки разные сочинял... А очутился в возчиках. И очень был рад, что его приняли в возчики.

            -- И долго этот немец был возчиком?

            -- Нет... Только обоз привел до Францисок.

            -- А потом куда делся?.. Не слыхал?

            -- Потом он в добровольцы поступил солдатом в войска американские... Против южан драться захотел... Что с ним

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту