Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

117

-- Всякие... Приедет молодец на Запад, попадет в дурную компанию, станет игроком, начнет пьянствовать -- ну и собьется с пути... Захочет работать скверную работу, и сделается агентом большой дороги... Кто попадется на виселицу, а кто и прикончит работу вовремя и, наживши деньги, займется другим делом. Только таких мало, и такие больше из агентов-неубийц... Они только грабят, но не убивают... Из таких есть во Фриски несколько известных людей... Прежде были агентами, а теперь... ничего себе... живут порядочно.

            -- Значит, совесть-то свое взяла! -- торжествующе заметил Чайкин.

            -- Вернее, что страх попасться заставил перемениться...

            Билль некоторое время молчал и наконец произнес:

            -- В молодости и я был агентом!

            -- Вы? -- в изумлении переспросил Чайкин.

            -- Был. Да Дун, верно, слышал про это. Слышали, Дун? -- обратился к нему Старый Билль.

            -- Слышал, Билль...

            -- От этого я и преследую агентов, что сам им был, и не сделаться бы мне порядочным человеком, если бы не один случай...

            -- Расскажите, Билль! -- попросил Чайкин.

            -- Какой это случай? -- спросил и Дунаев.

            -- Я его до сих пор помню, хоть он и давно был, очень давно. Мне тогда было двадцать лет, джентльмены, а теперь шестьдесят два... Тогда еще Запада мы и не знали. Здесь индейцы одни жили... И тогда агенты были там, где теперь железные дороги... Что ж, я вам, пожалуй, и расскажу, как я чуть к самому дьяволу не попал в когти... Никому я этого не рассказывал, а вам расскажу... Видно, и мне надо выболтаться! -- прибавил Старый Билль.

            И Билль откашлялся, закурил трубку и начал.

         

      2

           

            -- Приехал я, джентльмены, в Америку из Англии молодым человеком... Бежал я из полка, в который меня завербовали не совсем таки, надо правду сказать, чисто... Заманили меня вербовщики в таверну, подпоили и заставили подписать контракт. Когда я протрезвился, то уже был в казарме и понял, что со мной сыграли очень плохую штуку. Не хотел я быть солдатом. Не по моему характеру было это ремесло, джентльмены.

            -- А вы чем раньше занимались, Билль? -- спросил Чайкин.

            -- Так, по разным занятиям мыкался по Лондону... Отца своего я не имел чести знать. Бедная мать говорила, что он был из важных господ и бросил ее в тот год, как я родился, и с тех пор о нем не было никаких слухов... Мать осталась без всяких средств и поступила служанкой в одну из гостиниц, а меня отдала на воспитание на ферму, недалеко от Лондона, и каждое воскресение приходила навещать меня... Добрая женщина была моя мать, джентльмены, и, проживи она подольше, быть может, я не ездил бы теперь кучером в Америке, а жил бы в Англии. Но у каждого своя судьба. Могло быть и хуже и лучше того, что есть... И я, собственно говоря, не жалуюсь на свое положение и, верно, умру на своем посту, то есть на козлах или на конюшне, если только меня не оскальпируют индейцы или не повесят агенты большой дороги, -- они не очень-то любят Старого Билля! -- прибавил старик.

            -- За что они вас, Билль, не любят? -- осведомился Чайкин.

            -- За то, что я не очень-то балую их поживой и хорошо стерегу почту и своих пассажиров. В опасных местах по ночам не езжу и ни на какие лестные предложения агентов не соблазняюсь. Пробовали они -- да отъехали,

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту