Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

97

после того, как минуем Виргинию. Там они любят пошаливать, собаки! А пока ложитесь и спите спокойно. Старый Билль не будет спать! -- успокоительно прибавил он.

            И с этими словами Билль закурил трубку и стал ходить взад и вперед около костра. Подходил он и к фургону.

            Чайкин все это видел, когда лег. Но скоро он уже ничего не видал и не слыхал. Сон крепко захватил его в свои объятия.

            Но, верно, не особенно приятные сновидения посетили его, потому что он часто ворочался на своем ложе и по временам вскрикивал и просыпался.

            И, просыпаясь, он радовался, что его вели на бак наказывать линьками только во сне, а не наяву, и снова засыпал, взглядывая на фигуру Старого Билля, который ходил мерными шагами, как часовой, на которого можно было положиться.

            Действительно, Старый Билль был добросовестным охранителем почтового фургона. Он зорко поглядывал кругом и внимательно прислушивался к малейшему шороху.

            Наконец наступила предрассветная пора.

            Звезды угасали, и на востоке загорелась заря. Обоз просыпался, собирался в путь. Старый Билль уже давно поставил котелок со свежей водой на костер и, перед тем как идти на станцию за мулами, напился горячего кофе с сухарями и приготовил целый кофейник для Чайкина.

            -- Проснитесь, иностранцы! Утро на дворе. Пейте кофе, и поедем!.. -- проговорил Старый Билль, поталкивая Чайкина и его соседа.

            Оба проснулись, и оба тотчас же вскочили, как вскакивали, бывало, при окриках боцмана: "Пошел все наверх рифы брать!"

            Оба встретили радостно начинающийся рассвет и пошли к ручью мыться. Помывшись, оба русских человека, на чужбине так же, как и на родине, сняли шапки и, повернувшись на восток, где начинала алеть заря, прочитали "Отче наш", истово крестясь во время молитвы.

            -- Кофе готов, джентльмены, пейте да закусывайте. Десять минут на завтрак! -- смеясь проговорил Старый Билль, ведя четверку мулов к фургону.

            Наши матросы стали пить горячий кофе и есть ветчину, колбасу, мясо бизона и хлеб; все это вытащил из своей сумки Дунаев и предложил Чайкину угощаться.

            Скоро вылезли из фургона и оба канзасца, заспанные и угрюмые.

            Они подошли к костру, кивнув головами обоим землякам, и брюнет стал готовить кофе.

            Русский язык, на котором говорили оба иностранца, и их видимая близость, казалось, удивили и не понравились двум янки.

            Они торопливо и молча пили кофе, сильно разбавленный коньяком, и завтракали.

            -- Пора садиться, джентльмены! -- крикнул Билль, когда мулы были запряжены.

            -- Но мы еще не позавтракали, Билль! Дайте позавтракать!

            -- Даю вам еще пять минут!..

            -- Однако... не много же вы даете!..

            -- Торопиться надо, джентльмены. Вы ведь очень торопитесь. Вчера даже ночью хотели ехать!..

            -- А вы испугались агентов?.. -- с искусственным смехом проговорил молодец со шрамом на щеке.

            -- И, кажется, не напрасно... Свист ночью был... Вы не слыхали разве?

            -- Свист? Скажите, пожалуйста, какая диковина... свист!

            И оба молодца засмеялись.

            Они едва успели съесть по куску ветчины, как Билль закричал:

            -- Прошу джентльменов садиться!

            "Джентльмены" поторопились забраться в фургон.

            Дорога шла по ущелью в гору, и лошади поднимались

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту