Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

96

В первое же воскресенье вечером явился Мошка ко мне на квартиру и доллар принес. "Чистая, говорит, прибыль..." И счет подает... Чехи смеются: "Все, говорят, как следует: в запасный капитал доллар, ему за труд доллар и по доллару на брата выручки. Правильный, мол, жид Мошка!" И веселый он такой был. И все хвастал: "Скоро лавочку, говорит, откроем!"

            -- И что же, открыл?

            -- Через полгода открыл, а теперь у него лавка во Фриски.

            -- И ты его компаньон?

            -- Нет... Я сам просил меня выделить... Однако и сон клонит. Давай-ка, братец ты мой, соснем, а завтра буду тебе досказывать в дилижансе о моем житье... Времени-то у нас много еще впереди до Франциски... А ночь-то какая тихая... Вон и небо прочищается... Звезды блестят...

            И Дунаев разложил две шкуры и, покрываясь одеялом, предложил Чайкину лечь рядом.

            -- Шкуры и на тебя хватит, землячок! -- проговорил он, зевая. -- Уже первый час на исходе. Спать-то немного. С рассветом поедем...

            И Дунаев скоро захрапел.

         

      2

           

            Чайкин подбросил несколько сучьев в костер и поглядел кругом.

            Перед ним высились темные пятна гор по обеим сторонам ущелья. Направо -- маленький одинокий домишко станции. Налево -- теплая даль степи. Высоко над головой Чайкина сверкали звезды. Ночь была теплая. Кругом царила мертвая тишина.

            Только по временам раздавалось ленивое чавканье волов и тихое ржание проснувшегося мула в обозе, бывшем недалеко от фургона. Раздавался храп спящих людей. Спали и обозные часовые у тлевшего костра, спал и Старый Билль.

            Вдруг Чайкину послышался странный тихий вой, донесшийся с гор.

            Он прислушался с напряженным чутким вниманием. Рассказы о нападениях агентов большой дороги невольно пришли ему в голову, и ему сделалось жутко.

            Прошло еще несколько минут, во время которых Чайкин напрягал свой слух, чувствуя, как усиленно бьется сердце, и глядел во все глаза в ту сторону, с которой он услышал вой.

            Вой повторился, но уже ближе.

            Тогда Чайкин, помня приказание Старого Билля разбудить его, дотронулся до его плеча.

            Старый Билль, словно моряк, моментально проснулся и поднялся.

            -- Что поздно разбудили? -- проговорил он, взглядывая на часы. -- Или все болтали с соотечественником?

            -- Да, Билль. И Дун уже спит... И все кругом спят...

            -- И часовые... Вижу. Беспечный народ...

            -- А между тем я сейчас слышал...

            -- С этого бы начали. Что вы слышали? -- тревожно спросил Старый Билль и взял ружье.

            -- Какой-то вой... Слышите, Билль?

            Вой повторился.

            Билль прислушался и затем сказал:

            -- Это не агенты большой дороги. Это действительно настоящий волк. По-волчьи только индейцы перекликаются, но слух у меня хорош, -- это не индейцы. Ложитесь-ка спать, Чайк. Спать уже недолго. Скоро я вас разбужу, и мы поедем дальше... Агенты, наверное, теперь далеко. Поняли, что им не было расчета нападать здесь. А я им не дался в ловушку, не поехал ночью в ущелье...

            -- Почему вы догадались, Билль, что агенты нападут в ущелье?..

            -- А справился здесь. Да и молодцы мои не внушали доверия. Еще придется иметь с ними дело. И вы скажите своему товарищу, чтобы дорогой он сидел против них. И вы так же сядьте... И следите за ними, особенно

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту