Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

91

историю, рассказал про плавание на "Диноре" и про капитана Блэка.

            -- Тебе пофартило, братец ты мой, а я таки много прежде натерпелся, пока не нашел места и сделался возчиком... Однако давай-ка побалуемся чайком... Будем пить чай, и я тебе расскажу, как я бежал с корвета "Нырок" и сделался мериканцем... И очень скучал я по России, пока не привык...

            Дунаев достал из своего мешка котелок, чай, сахар и две кружки и, когда чай был готов, предложил Старому Биллю попить чайку. Тот не отказался и проговорил:

            -- Соотечественника встретили, Дун?

            -- Да, Билль. И тоже бывшего матроса, Билль.

            -- Так пусть Чайк вам расскажет, что вы очень глупо поступили сегодня, Дун... А еще капитан!

            Дунаев засмеялся.

            -- Раззадорили они меня, черти.

            -- Зато теперь не миновать нам агентов... Не пейте слишком много коньяку, Дун. Хоть вы и крепки, -- я видел, сколько вы можете выпить, -- а все-таки... Ну, пока вы разговариваете, я засну, а в одиннадцать разбудите меня...

            -- Разбудим. Спите с богом, Билль.

            Билль после двух кружек чая лег спать.

            А Дунаев, покуривая трубочку и отхлебывая по временам чай, начал рассказывать Чайкину свою историю.

            Говорил он тихо, не торопясь, видимо довольный, что может поговорить по душе с земляком, да еще с матросом.

            Вокруг стояла тишина. Из отворенных окон станции не раздавалось более пьяных окриков. Возчики полегли спать у обоза. Только два часовых сидели у своего костра с ружьями в руках.

            Ночь была теплая.

         

      ГЛАВА XV

         

      1

           

            -- Тоже, братец ты мой, пришли мы шесть лет тому назад на "Нырке" во Франциски, и тоже, прямо-таки сказать, в большой тоске была наша команда из-за командира... Однако терпели мы -- ничего, мол, не поделаешь. Терпели и бой, и линьки, и строгость... А в ту пору, вскорости за нами, пришел на другом конверте во Франциски адмирал Ястребов, только что прибыл из России новым начальником эскадры... И на третий же день приехал на "Нырок" делать смотр. Всем он остался доволен, потому как у нас работали по всем статьям, прямо сказать как черти. Таким-то манером адмирал благодарил и за парусное учение, и за антиллерийское, и за пожарную тревогу, и за десанту: "Очень, говорит, за все вам благодарен!" Это адмирал капитану и старшему офицеру. "Ну, а теперь, говорит, поставьте команду во фрунт. Я как следовает опрошу, нет ли у их претензиев". Ладно. Выстроили это нас по порядку, от шканец к баку, по вахте с каждой стороны, и капитан и все офицеры, как полагается, ушли вниз. Только один вахтенный остался на мостике.

            Подошел это адмирал таким гоголем, -- видный он из себя был и такой форсистый, в мундире и при орденах, -- к фрунту и первым делом: "Спасибо, ребята!" Это он за смотр. Ну мы, как следует: "Рады стараться, ваше превосходительство!" А у меня, братец ты мой, тую ж минуту в голове мысль. И ровно эта мысль винтит мне башку, ровно бы буравом: "Неужто, мол, так и уедет адмирал и не узнает, в какой мы нудливости и тоске живем и как нас без всякой жалости тиранит этот самый капитан? Неужто, думаю, правде так и не дойти о том, что вовсе беззаконно с нами поступают, и касательно провизии... и вонючей солониной обижают, и остаточных от положенного харча денег нам не выдают!"

            Думаю

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту