Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

68

город в маске и грабил и убивал, но все не попадался в руки правосудия. Его и осудили своим судом... Здесь это часто бывает... Так вы едете в Сан-Франциско?

            Чайкин объяснил, что он хочет поступить работником на ферму в тех местах.

            Госпожа Згрожельская очень одобряла планы нашего матроса заняться землей и, если бог даст, завести свою ферму.

            Она сама давно мечтала о ферме и о тихой жизни на лоне природы, вдали от города. Она хоть и горожанка, а любит природу. Но пана Згрожельского, ее мужа, всегда тянуло к городу... Он до самой смерти не терял надежды снова разбогатеть и вернуться на родину миллионером. А город и сгубил его. Слишком уж много сил вытягивает город у человека, а муж к тому же был слабого здоровья.

            -- Он и сгорел раньше времени! -- грустно промолвила полька и прибавила: -- Избегайте городов и в особенности спекуляций: один из них богатеет, а сотни разоряются и начинают снова... Такой уж народ эти американцы! Но нам с ними не тягаться... Лучше быть довольным малым, чем гнаться за большим. Не правда ли?

            -- И я так полагаю. Да я никогда не думал о богатстве...

            С большим сожалением простился Чайкин с госпожою Згрожельской. Они горячо пожелали друг другу всего хорошего и расстались, быть может, навсегда.

            А впрочем, кто знает?

            Все остальное путешествие на пароходе Чайкин оставался один. Напуганный джентльменами, предлагавшими ему играть в карты, он теперь почти на всех пассажиров поглядывал подозрительно и ни с кем не разговаривал; если же кто-нибудь обращался к нему, он отвечал лаконически.

            В каюту, которую Чайкин занимал, так и не нашлось другого пассажира, и он большую часть времени проводил в ней, спасаясь от жары наверху и от массы мошек, комаров, которые по временам решительно отравляли существование. По обыкновению, он сидел у открытого иллюминатора и разглядывал берег, то покрытый лесом, то представлявший собою роскошный зеленый ковер, пестревший яркими цветами.

            По вечерам, после обильного американского обеда, Чайкин выходил на палубу и ходил взад и вперед, раздумывая о будущем устройстве своей жизни. И он благодарно вспоминал о капитане Блэке, от души желая ему избавиться от "дьявола", о котором рассказывал капитан.

            А на реке было так хорошо после дневного зноя.

            Пароход быстро несся вперед, бороздя воду колесами, и высокая балансирная машина мерно отбивала такт. Темное небо горело мириадами звезд. Огоньки поселков говорили, что близко живут люди и наслаждаются чудным вечером после дневной работы. Изредка встречались лодки и слышен был веселый говор...

            В один из таких вечеров Чайкин стоял, прислонившись к борту, и глядел на реку, залитую лунным светом. Впереди чернела небольшая лодочка... Пароход к ней приближался, как вдруг... что это -- во сне или наяву? -- как вдруг Чайкин услыхал из лодки звуки русской песни. Два голоса, один тенор, другой баритон, пели:

           

            Вниз по матушке, по Волге...

           

            -- Братцы! -- невольно крикнул Чайкин.

            -- Здорово, земляк! -- взволнованно ответили оба голоса.

            Пароход прошел, и песнь полилась снова.

            Чайкин чуть не заплакал.

            Когда его волнение прошло, он обратился к помощнику машиниста, который вышел подышать воздухом и стал вблизи него:

     

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту