Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

58

капитан...

            Блэк налил себе еще коньяку с водой. Он начинал слегка хмелеть и, мрачный как туча, примолк.

            Так прошло несколько минут.

            -- Слушайте, Чайк, о чем я буду просить вас, -- наконец заговорил он. -- Останьтесь здесь еще три дня. Можете?

            -- Сколько вам угодно, капитан.

            -- Всего три дня... Если я в течение трех дней не получу телеграммы, то попрошу вас передать собственноручно письмо одной особе во Фриско. Письмо и в нем чек на пятьдесят тысяч долларов на предъявителя. И, кроме того, попрошу вас, Чайк, рассказать обо мне то, что вы видели и что слышали теперь... Исполните, Чайк?

            -- В точности исполню, капитан.

            -- Если особы этой не будет во Фриско, вы узнаете от ее матери, куда дочь уехала, и немедленно поедете туда, где она находится, чтобы лично передать письмо и сказать обо мне. Деньги на расходы по поездке получите, разумеется, от меня. Сделаете это, Чайк?

            -- Будьте уверены, капитан.

            -- А если эта особа умерла, то письмо сожгите, а из пятидесяти тысяч десять возьмите себе, а сорок отправьте матери -- адрес я вам дам. Хотя мать и не нуждается, имея капитал, тем не менее кому, как не ей, принадлежат эти деньги? Она их хорошо употребит, я знаю.

            Чайк поблагодарил Блэка, изумленный его распоряжением оставить себе десять тысяч, но решительно отказался от этого подарка.

            -- Я вам возвращу тогда деньги, капитан! -- сказал он.

            -- Мне трудно будет возвратить, Чайк.

            -- Отчего?

            -- Оттого, что если в течение трех суток, считая с этого часа, -- теперь десять часов, Чайк, -- если я не получу телеграммы, то ровно в десять часов в субботу я пущу себе пулю в рот. Поняли, Чайк, почему я вас прошу остаться и быть исполнителем моих последних распоряжений...

            Чайкин в страхе смотрел на Блэка.

            -- Что вы так смотрите, милый мой Чайк? Вы думаете, что так страшно расстаться с жизнью?.. У меня рука не дрогнет... Не бойтесь. Когда последняя надежда рухнет -- жить будет скучно! -- прибавил с грустной улыбкой Блэк.

            Чайкин не сомневался, что капитан приведет свое намерение в исполнение, и, охваченный чувством ужаса и жалости, воскликнул:

            -- Нет, нет, капитан, не делайте этого!..

            -- Вам жаль будет меня, Чайк?

            -- Жаль! -- с необыкновенной искренностью проговорил Чайкин. -- И убивать себя грех. Бог дал жизнь, бог и возьмет ее. Надо терпеть, капитан... И теперь уже вам не так тяжело будет жить, хотя бы вы и не получили телеграммы...

            -- Почему вы, Чайк, думаете, что мне будет легче жить?

            -- А потому, что бог вам сердце смягчил... заставил мучиться за то, что вы не по правде жили...

            -- Да, совсем не по правде, Чайк! -- усмехнулся капитан Блэк.

            -- А теперь вы стали другим человеком и будете по совести жить... Нет, не делайте этого греха, капитан... Я... Вы извините, что говорю так с вами... я -- матрос, а вы -- капитан, но я любя говорю! -- застенчиво прибавил Чайкин.

            И эти простые немудрые слова, согретые любовью, произвели магическое действие на Блэка. Он смотрел на Чайкина, и мало-помалу лицо его прояснилось, брови раздвинулись и что-то бесконечно нежное засветилось в его глазах.

            Казалось, этот страшный капитан готов был расплакаться. И, по-видимому, чувствуя это и

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту