Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

2

и тебе поле, и тебе цветики... Небось, хорошо! Вот мы с вами тут сидим, вашескобродие, и чувствуем землю-матушку. Дух-то какой от цветов идет... И птаха-то как заливается, бога хвалит... И комар жужжит... И вон он муравей-то, работяга, соломинку несет... Одно слово -- благодать! -- говорил Иваныч.

            И его маленькие, все еще живые лучистые глаза любовно смотрели вокруг. И его морщинистое, сухое, отдававшее желтизной лицо было полно умиления...

            Он достал из кармана широких парусинных штанов маленькую трубку, набил ее махоркой и, с наслаждением сделав несколько затяжек, продолжал:

            -- А взять теперь море?.. Один в нем обман.

            -- То есть как обман? -- спросил я, не совсем понимая, что хотел сказать Иваныч.

            -- А так, обман -- как бывает в лукавом человеке... вроде здешнего управляющего! -- понижая голос, вдруг добавил старик. -- Небось, я его наскрозь вижу, даром что лукав... Сделай, братец, одолжение!

            И только что умиленное лицо Иваныча приняло сердитое выражение, и глаза заискрились... Видно было, что у Иваныча были какие-то неприятные счеты с управляющим.

            -- Иной раз море ласковое такое, льстивое... не шелохнется, -- а поверь-ка ему! И опять же: каждую минуту жди от него, прямо-таки сказать, подлости, вашескобродие!.. Каждую минуту имей опаску! Еще прежде, в старину, когда деревянные суда были, все еще обнадеженность могла быть в случае беды; а теперь, когда пошли эти броненосцы хваленые, попади-ка на камень, так и выскочить на палубу не успеешь, как уж на дне!

            Иваныч еще несколько времени продолжал бранить броненосцы, называя их неповоротливыми черепахами, и только после моего деликатного напоминания продолжал свой рассказ.

         

      II

           

            -- Сидели мы так на вантах день, холодные, голодные... Рядом со мной первогодок сидел, землячок из одной деревни, Акимка Костриков, -- так тот совсем духом упал... Плачет, как дитё... А был он паренек хороший, душевный такой, только по флотской части трудно в понятие входил, и попадало ему и от старшего офицера, и от боцмана часто-таки, и очень даже довольно накладывали ему в кису. И много он терпел и жаловался, бывало, на матросскую службу и по дому скучал -- по земле, значит. Ну, утешаю я землячка, говорю: "Еще, бог даст, какой-нибудь корабль купеческий мимо проходить будет, -- небось, подаст помощь... подойдет... И буря, -- говорю, -- стихать стала. И "Ястреба" не так бьет о каменья... Еще, пожалуй, продержится!" И как только я обнадежил его таким манером, гляжу -- и взаправду на горизонте парусок белеет и идет курцом на нас... Увидали судно и другие, и вдруг, словно бы по команде, все закричали "уру", до трех раз. От радости, значит. Глядим

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту