Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

33

еще раз простился с генералом. Не думал я тогда, что впоследствии нам придется встречаться при совершенно других обстоятельствах.

            Вечером я, по обыкновению, шел к старухе. Приходилось дочитывать последние три дня. Неделю тому назад она мне объявила, что скоро уезжает. Эти дни я не видал внучки или видал ее мельком. Она снова сторонилась от меня и не удостоивала вниманием. Пройдет, кивнет, и хоть бы слово!

            "А когда нужно было успокоить бабушку, тогда откуда ласковость бралась!.. Эгоисты они... все эгоисты!" -- мысленно бранил я ее.

            Подхожу. Швейцар останавливает меня.

            -- Напрасно подниметесь...

            -- А что?

            -- Княгиня в ночь приказала долго жить...

            -- Ну?

            -- Верно... Теперь наверху родственников... родственников...

            -- А очень она была богата?

            -- Страсть... Сказывают, миллион у нее... Да только родственники напрасно. Она все внучке отказала... барышне... Барышня славная!

            -- Екатерине Александровне?

            -- Ей самой... Хорошая барышня!..

            Грустно отошел я от подъезда и тихо поплелся домой. Вот тебе и раз!.. Теперь я никогда не увижу Екатерины Александровны... никогда!.. А я еще, дурак, мечтал черт знает о чем!..

            Новость эта меня поразила... Хотя я и должен был скоро прекратить чтение, но оставалось еще три дня, и я рассчитывал в эти дни как-нибудь вызвать на разговор молодую девушку и высказать все... все, что накипело у меня на душе... Быть может, она поняла бы меня, оценила!..

            "Берегись!" -- раздалось около меня. Пролетела пролетка, и меня забрызгали грязью... Я только сжал кулаки и послал вслед ругательства...

            А дома Софья Петровна встретила меня какая-то грустная... Она последнее время заметно изменилась... Куда девалась ее веселость?.. Точно что-то мучило ее... Она несколько раз заговаривала о лете, но я избегал разговоров об этом, говоря, что еще время впереди есть... Надо было покончить сперва с Рязановыми, а там видно будет... Не киснуть же мне в самом деле с ней вдвоем на Екатерининском канале!.. Она все соблазняла меня по воскресеньям на острова, но я более отмалчивался...

            -- Послушай, Петя (она все-таки меня звала "Петей"). Послушай, Петя, -- начала она за обедом. -- Так как же летом?

            -- Надо, Соня, работы искать... Сама знаешь, я без занятий...

            -- Лето-то отдохни... Право, отдохни... Мы будем вместе на острова ездить...

            -- Работать надо...

            -- Ах ты какой... Ну, слушай... впрочем, нет... (Она вдруг вся зарделась.) Я тебе после скажу... радость скажу... Нас обоих касается...

            Она с каким-то особенным выражением посмотрела на меня.

            -- Говори теперь...

            -- Нет... нет... не скажу... после...

            Я не настаивал.

            После обеда посыльный подал мне письмо. Я вскрыл его. В нем было тридцать рублей и письмо следующего содержания:

           

           

            "Милостивый государь,

            Петр Антонович!

           

            Вы, вероятно, уже слышали, что бабушка моя вчера скончалась. Позвольте мне еще раз поблагодарить вас за ту доброту, с которой вы прощали капризы больной старушки, и еще раз напомнить вам, что покойница всегда выражала признательность за ваш труд.

            Благодарю вас и смею уверить, что я всегда к вашим услугам, если только мои услуги могут быть

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту