Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

21

же не любите? Или вы вообще женщин не любите? -- допрашивала, смеясь, молодая женщина.

            Старый штурман запротестовал самым решительным образом против такого обвинения.

            -- Что вы, что вы, Вера Сергевна! За что мне не любить дам? У меня в Кронштадте и свои дорогие дамы остались, жена и две дочери, -- с чувством подчеркнул старик, -- так как же мне не любить дам-с? Напротив, я их очень почитаю и уважаю, особенно таких, позволю откровенно сказать, таких милых и достойных, как вы, Вера Сергевна! -- прибавил дедушка с рыцарской любезностью.

            И, пуская затем в ход все свое красноречие, Иван Иванович "забрал ходу" и продолжал:

            -- Но дамская сфера, так сказать, не море, а берег-с. На твердой земле, в полной безопасности, -- вот-с ее назначение, а не на палубе судна... Мало ли что случается в море? Вот теперь, слава тебе господи, все благополучно... Вы сидите себе спокойно, вас не укачивает... да и какая это качка! А как вдруг засвежеет, как начнет трепать-с! Нам, морякам, ничего. Поставили штормовые паруса и жди, пока штормяга отойдет, а даме и боязливо, и неприятно, и докучно-с. Ну и жалко, очень даже жалко в таком случае даму. Она ведь создание деликатное... нервы чувствительные... И лежит, бедненькая... "Ох да ох"... Смотреть больно... В этом смысле я и говорил... Поверьте, милая барыня... И, наконец, дама даме рознь...

            Разумеется, пассажирка "поверила" и поблагодарила Ивана Ивановича за доброе о себе мнение, и дедушка, поболтав еще несколько минут, отошел от молодой женщины, вполне уверенный, что "заговорил ей зубы" и что она не знает истинной причины его нелюбви к даме на корабле.

            Не говорить же ей, в самом деле, что все наши ребята, как коты по весне, ошалелые бегают. Сама может догадаться... Видит, как за ней увиваются все, начиная с капитана!..

            "А прехорошенькая! Недаром всех с ума свела. Прехорошенькая дамочка! И вся такая беляночка!" -- усмехнулся про себя Иван Иванович.

            И старый штурман, вообще степенный и строгих правил человек, которого никогда не видали на берегу в обществе "космополиток дам" или туземных разноцветных красавиц, неожиданно смутился и сердито крякнул, точно прочищая горло. Целомудрие его было оскорблено. Глупые мысли насчет пассажирки полезли в его старую голову. Он покраснел и нахмурился.

            -- Э-э-э-э. И вы, дедушка, того?.. Иду я из лазарета и вижу, -- заговорил доктор, хитро улыбаясь маленькими глазками.

            Дедушка совсем смутился и, досадуя на свое смущение, с напускным равнодушием спросил:

            -- Что ж вы такого видели, Антон Васильич?

            -- И вы начали приударять за пассажиркой, а?

            Иван Иванович испуганно повернул голову. Доктор говорил так громко, что пассажирка могла услыхать. По счастью, ее не было.

            -- Скрылась, скрылась... Сию минуту с капитаном ушла завтракать... Отравит он ей завтрак своими старыми анекдотами... Ишь ведь как вы любезничали с барынькой... хе-хе-хе! Ловко! Представляется женоненавистником, а сам...

            -- Да полно вам врать вздор, Антон Васильич. Это мичманам да разве таким саврасам, как вы, впору любезничать, а не мне... Я просто сказал ей, сколько мы прошли миль. Только и разговору было.

            -- Рассказывайте, рассказывайте, Иван Иваныч... Видел я... Ведь пассажирочка-то преаппетитная... И

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту