Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

16

на Аннушку, и перешел в буфетную -- напротив.

            А Аннушка, закрыв дверь, достала из своего мешка зеркальце, гребень и щетку и, повесив зеркальце на гвоздик, погляделась в него и, оправляя свои темно-русые густые волосы, усмехнулась не без кокетства.

            Через несколько минут гости с капитаном спустились в каюту.

            -- Вот-с ваше помещение, Вера Сергеевна, -- проговорил капитан. -- Вы здесь полная хозяйка.

            Пассажирка восхищалась каютой и благодарила.

            Капитан помог дамам снять их жакетки, принял шляпки и вообще был необыкновенно любезен. Когда ровно к шести часам собрались приглашенные к обеду: старший офицер, доктор, милорд и гардемарин Васенька, -- капитан повел дам к маленькому столу, уставленному закусками, и пригласил их "по русскому обычаю, закусить".

            -- Вера Сергеевна... Чего прикажете? Вы, чай, отвыкли от наших порядков... Позвольте вам икры положить! Русская икорка!

            За обедом он сидел между дамами и угощал их с хлебосольным радушием. Он любил покушать, и стол и вина у него были хорошие. Сам капитан за обедом занимал больше пассажирку, к вящей досаде Степана Дмитриевича, который принужден был занимать консульшу и только мог глазами пожирать хорошенькую блондинку. Доктор и ел за обе щеки, и посматривал на пассажирку, и рассказал какой-то забавный анекдот. Милорд, напустивший на себя бесстрастность, солидно беседовал с консулом и подливал ему вина. Один лишь юный Васенька все время застенчиво краснел, не раскрывая рта и не смея поднять глаз на Веру Сергеевну. Он только изредка украдкой взглядывал на нее и, встретив раз ее взгляд, зарделся, как маков цвет, уставился в тарелку и больше не решался смотреть.

            К концу обеда, когда подали жаркое с брусничным вареньем, вывезенным еще из России, и Чижиков розлил шампанское, капитан, совсем размягший от еды, вина и присутствия хорошенькой женщины, предложил тост за милых дам и потом отдельно за пассажирку. При этом он произнес короткий спич, в котором пожелал, чтобы плавание было благополучное и чтобы Вера Сергеевна, вернувшись в Россию, не поминала его лихом.

            Все чокались друг с другом. Веселый и ставший необыкновенно добродушным капитан, глаза которого с начала обеда приняли несколько телячье выражение, предложил, обращаясь к пассажирке, тост за Москву и, еще раз чокаясь, неожиданно спросил:

            -- Вас укачивает, Вера Сергеевна?

            -- Кажется, нет, -- отвечала она, ставя бокал, из которого чуть-чуть хлебнула.

            -- Ну, тогда вам нечего бояться! -- радостно воскликнул капитан, втайне довольный, что пассажирка не будет "лежать в лежку" и, следовательно, ее можно будет видеть. -- Вы ведь уже окрещены... Раз переплывали океан... Ей-богу, он не страшен, совсем не страшен... Да и наш "Забияка" доброе судно! -- любовно прибавил капитан. -- Отлично штормы выдерживает. Помните, Степан Дмитрич, как нас весной трепануло у Сангарского пролива {Сангарскийпролив -- между островами Хонсю и Хоккайдо (Япония).}?

            -- Изрядный был штормяга! -- подтвердил и старший офицер.

            -- А "Забияке" хоть бы что... Только катер потеряли...

            Эти воспоминания, приятные для моряков, не особенно были приятны для пассажирки, но она ничем не выдала охватившего ее беспокойства и с внимательной улыбкой слушала, когда капитан стал рассказывать

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту