Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

15

"Я сделаю распоряжение", -- все, словом, свидетельствовало, что адмирал еще переживал медовые месяцы упоения властью и ему доставляло наслаждение сознавать свое значение и играть в начальника.

            -- Вам что угодно?

            -- Я, ваше превосходительство, назначен на корвет "Грозный", -- начал было Никандр Миронович.

            -- Как же-с, знаю... знаю... Вас выбрали, как опытного и отличного офицера! -- любезно подчеркнул, перебивая, адмирал, видимо довольный своим правом давать аттестации, и, подняв на Никандра Мироновича взгляд, ждал, что штурман немедленно просияет после такого комплимента.

            Но -- подите! Мрачный штурман не моргнул глазом и угрюмо сказал:

            -- Имею честь доложить вашему превосходительству, что я два раза ходил в дальнее плавание, и потому считаю себя вправе просить об отмене моего назначения.

            Решительно, мрачный штурман не умел говорить с начальством. В его тоне не было чего-то "того", что располагает сердца многих высших лиц!

            И дело его сразу было проиграно.

            Не понравилось ли молодому адмиралу, что в выражении лица и в тоне штурмана не было сугубой почтительности, хотя и необязательной по уставу, однако вовсе не лишней в жизни, или ему показалось, что достоинство и значение начальника штаба, от которого многое зависит, несколько задеты тем, что этот невзрачный и угрюмый штурман не просиял от похвалы адмирала и, вместо того чтобы просто почтительно просить, "считал себя вправе" просить, -- но только адмирал, за минуту перед тем готовый оказать внимание "исправному и отличному офицеру", -- внезапно почувствовал к нему неприязненное чувство, причем и лицо, и нос, и бородавки Никандра Мироновича показались теперь адмиралу очень неприятными.

            И он, сдвинув брови, стал еще серьезнее, заложил, вероятно для большей внушительности, большой палец за борт сюртука и, отступив шаг назад, спросил:

            -- По каким же причинам вы считаете себя вправе просить?

            Он подчеркнул слова "считаете себя вправе".

            -- По домашним обстоятельствам, ваше превосходительство! -- коротко отрезал штурман и опять без всякой нежной интонации в голосе.

            -- На службе нет-с домашних обстоятельств. Вы, как старый офицер, должны это знать-с! -- строго заметил адмирал. -- Кто разбирает назначения, тот должен оставить службу. Иначе у всех будут домашние обстоятельства... Я ничего не могу для вас сделать. Вы назначены по приказанию высшего морского начальства! -- прибавил адмирал значительно смягченным тоном, заметив безмолвное отчаяние на лице мрачного штурмана. -- Вы женатый?

            В его голосе звучала теперь простая человеческая нотка участия. Быть может, при виде штурмана он вспомнил, как сам два года тому назад хлопотал, чтоб его не назначали в дальнее плавание.

            -- Женатый...

            -- Я вам могу посоветовать одно: поезжайте в Петербург и просите высшее начальство... Быть может, ваша просьба и будет уважена, а я не имею права отменять назначения.

            Никандр Миронович вышел из приемной с слабой надеждой.

            Разве уважат его просьбу без чьего-нибудь влиятельного ходатайства? Наверное, и там ему скажут, что на службе нет семейных обстоятельств, а тем более для штурмана...

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту