Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

174

желании, все увидите... Скоро будет экспедиция против инсургентов... Я только жду тагалов из Манилы... и батальона зефиров из Алжира... Тогда мы уничтожим этих негодяев и отучим их впредь возмущаться! -- продолжал адмирал, и на его лице появилось что-то жестокое и непреклонное. -- Надеюсь, что и вы, как русский офицер, захотите принять участие в этой славной экспедиции и посмотреть, как мы поколотим это скопище разбойников.

            Хотя Ашанину казалось не особенно приятным это предложение принять участие в войне, да еще в чужой, и испытать, так сказать, в чужом пиру похмелье, тем не менее он, по ложному самолюбию, боясь, чтобы его не заподозрили в трусости, поспешил ответить, что он будет очень рад.

            -- Ну еще бы... русские офицеры такие же храбрецы, как и наши! -- проговорил адмирал, вполне уверенный, что осчастливил Ашанина сравнением с французами.

            Видимо чем-то озабоченный, адмирал, только что говоривший о славной экспедиции, ворчливо заметил, что не все понимают трудности войны в этой стране. Здесь приходится бороться не с одними людьми, но и с природой.

            -- Вы увидите, какие здесь болота и какой климат! Лихорадки и дизентерии губительнее всяких сражений... А этого не понимают! -- ворчал адмирал, не досказывая, конечно, перед юным иностранцем, кто не понимает этого. -- Думают, что можно с горстью солдат завоевывать страны! Да, только французы могут геройски переносить те лишения, какие им выпадают на долю вдали от родины. Слава Франции для них выше всего! -- неожиданно прибавил адмирал.

            Володе эти слова показались и несколько ходульными, и несколько хвастливыми, и он невольно вспомнил, что и русские солдаты переносили, и не раз, тяжкие лишения не менее геройски. Словно бы спохватившись, что говорит ненужные вещи, да еще перед юношей, адмирал оборвал свою речь и спросил:

            -- Вы где устроились, молодой человек?

            Володя сказал.

            -- Это никуда не годится. Я вас иначе устрою. Вы будете жить с одним из моих officiers dordonnances, бароном де Неверле... У нас здесь пока гостиниц порядочных нет... Конечно, скоро будут, но пока... A la guerre comme a la guerre... За обедом мы порешим это дело с Неверле... Вы сегодня у меня обедаете... Ровно в семь и, пожалуйста, в сюртуке, а не в мундире... До свидания.

            Ашанин поблагодарил адмирала за его любезность и ушел, очень довольный, что его устроят, вероятно, лучше, чем в гостинице.

            Истомленный от жары и от мундира, вернулся он в свою комнатку и, раздевшись, бросился на постель, приказав китайцу-слуге разбудить себя в шесть часов. Но заснуть ему пришлось не скоро: до него доносились крикливые голоса и шум катающихся шаров в бильярдной комнате, вдобавок духота в комнате была нестерпимая. Вообще первые впечатления не были благоприятны, и Володя, признаться, в душе покорил беспокойного адмирала, который послал его в Кохинхину.

            За обедом у адмирала Володя познакомился с бароном Неверле и поручиком Робеном, его сожителем, которые предложили ему перебраться к ним и вообще выказали ему любезность, обещая показать все интересное в Сайгоне.

            В тот же вечер Ашанин перебрался к французам в их анамитский дом. Середину его занимала, как почти во всех туземных домах, приспособленных для жилья французов, большая, открытая с двух сторон, так сказать сквозная, комната, служившая столовой, а по бокам ее было несколько комнат. Дом был окружен рядом деревьев, дававших тень. Ашанину отвели одну из комнат и вообще устроили его хорошо, с истинно товарищеским радушием. Один из трех юношей китайцев-слуг был предоставлен к услугам Володи.

            И Неверле, кавалерийский офицер, окончивший

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту