Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

2

бархатистые черные глаза были красны от слез. Хорошенькая Маруся, брюнетка лет двадцати, с роскошными косами, обыкновенно веселая и светлая, как вешнее утро, была сегодня грустна и задумчива. Костя, долговязый и неуклюжий подросток в гимназической куртке, с торчащими вихрами, глядел на брата с каким-то боязливым почтением и в то же время с грустью. А старая няня Матрена, уже успевшая обнять и пожалеть своего любимца в прихожей, стояла у дверей простоволосая, понурая и печальная, с любовно устремленными на Володю маленькими слезящимися глазками.

            Одно только лицо в гостиной совсем не имело скорбного вида -- напротив, скорее веселый и довольный.

            Это был дядюшка-адмирал, старший брат покойного Ашанина, верный друг и пестун, и главная поддержка семьи брата -- маленький, низенький, совсем сухонький старичок с гладко выбритым морщинистым лицом, коротко остриженными усами щетинкой и небольшими, необыкновенно еще живыми и пронзительными глазами, глубоко сидящими в своих впадинах. Его остроконечная голова, схожая с грушей, казалась еще острее от старинной прически, которую он носил в виде возвышавшегося, словно петуший гребешок, кока над большим открытым лбом. Он был в стареньком, потертом, но замечательно опрятном сюртуке, застегнутом, по тогдашней форме, на все пуговицы, -- с двумя черными двуглавыми орлами, вышитыми на золотых погонах. Большой крест Георгия третьей степени, полученный за Севастополь, белел на шее, другой -- Георгий четвертой степени, маленький, за восемнадцать морских кампаний -- в петлице.

            Заложив обе руки назад и несколько горбя, по привычке моряков, спину, он ходил взад и вперед по гостиной легкой и быстрой походкой, удивительной в этом 65-летнем старике. Во всей его сухой и подвижной фигуре чувствовались живучесть, энергия и нетерпеливость сангвинической натуры. Он по временам бросал быстрые взгляды на присутствующих и, казалось, не обращал особенного внимания на их подавленный вид.

            -- Вы, конечно, уже знаете, мамаша, о моем назначении?.. Я просто изумлен! -- взволнованно проговорил Володя.

            -- Сейчас Яков Иванович мне сказал. И так это неожиданно... И так скоро уходит корвет! -- грустно проговорила мать, и слезы брызнули из глаз.

            Володя направился поздороваться с дядей, который дарил всегда особенным ласковым вниманием своего любимца и крестника.

            Маленький адмирал круто остановился, стиснул руку племянника и, притянув его к себе, поцеловал.

            -- Это вы, дядя, устроили мне такой сюрприз?

            -- А то кто же? Конечно, я! -- весело отвечал старик, видимо любуясь своим племянником, очень походившим на покойного любимого брата адмирала. -- Третьего дня встретился с управляющим морским министерством, узнал, что "Коршун" идет в дальний вояж, и попросил... Хоть и не люблю я за родных просить, а за тебя попросил... Да... Спасибо министру, уважил просьбу. И ты, конечно, рад, Володя?

            -- Признаться, совсем даже не рад, дядя.

            -- Что?! Как? Да ты в своем ли уме?! -- почти крикнул адмирал, отступая от Володи и взглядывая на него своими внезапно загоревшимися глазками, как на человека, действительно лишившегося рассудка. -- Тебе выпало редкое счастье поплавать смолоду в океанах, сделаться дельным и бравым офицером и повидать свет, а ты не рад... Дядя за него хлопотал, а он... Не ожидал я этого, Володя... Не ожидал... Что же ты хочешь сухопутным моряком быть, что ли?.. У маменьки под юбкой все сидеть? -- презрительно кидал он.

            -- Да вы не сердитесь, дядя... Позвольте сказать...

            -- Что еще говорить больше?.. Уж ты довольно разодолжил. Срам! Покорно благодарю!..

            С этими словами адмирал

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту