Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

113

нагоняя Невзгодина, который в раздумье шел между могил.

            -- С удовольствием.

            Звенигородцев между тем собирал желающих ехать завтракать в "Эрмитаж" или к Тестову. Но так как профессора уклонились от предложения, Звенигородцев должен был отказаться от мысли устроить завтрак с речами по поводу самоубийства Перелесова.

            Несколько времени Сбруев шел молча рядом с Невзгодиным. Вдруг, словно бы спохватившись, он проговорил:

            -- А я и позабыл познакомить вас со своими. Они здесь. Хотите?

            -- Очень буду рад.

            -- Так подождем минутку.

            Они отошли в сторону и остановились.

            -- А вот и они! -- промолвил Сбруев.

            Невзгодин заметил, как просветлело лицо молодого профессора, когда он увидал двух скромно одетых дам.

            Он подвел к ним Невзгодина и, назвав его, сказал:

            -- Моя мать и сестра Соня.

            И та и другая очень понравились Невзгодину, в особенности молодая девушка.

            Что-то сразу располагающее было в выражении ее свежего, миловидного лица и особенно во взгляде больших темных глаз, вдумчивых и необыкновенно ясных. Такие глаза, казалось, не способны были лгать и глядели на мир божий с доверчивостью чистого существа. Все в этой девушке словно бы говорило об изяществе натуры и о нравственной чистоте.

            И Невзгодин невольно подумал: "Что за милая девушка!"

            Они пошли все вместе к выходу с кладбища.

            Прощаясь, Сбруева просила Невзгодина навестить их.

            -- Вечера мы почти всегда дома! -- прибавила она.

            Сбруев усадил своих дам на извозчика и сказал матери, чтоб его не ждали.

            -- Мы едем с Василием Васильевичем завтракать, мама! -- прибавил он, застенчиво улыбаясь.

            Мать взглянула на Невзгодина ласковым, почти умоляющим взглядом, словно бы просила его поберечь сына.

            И Невзгодин поспешил проговорить:

            -- Мы недолго будем завтракать. Мне надо сегодня ехать по делу.

            Через полчаса Сбруев и Невзгодин сидели за отдельным столом в гостинице "Прага".

            Дмитрий Иванович, молча и только улыбаясь своей милой застенчивой улыбкой, пил водку рюмку за рюмкой, сперва вместе с Невзгодиным, а потом, когда тот отказался, -- один.

            -- Люблю, знаете ли, иногда привести себя в возвышенное настроение, Василий Васильич! -- говорил он, словно бы оправдываясь, когда наливал новую рюмку. -- Однако возвращаюсь домой без чужой помощи и так, чтобы дома не видели моего возвышенного настроения! -- прибавил он, добродушно усмехнувшись.

            За завтраком Сбруев говорил мало, но когда завтрак был окончен, две бутылки дешевого крымского вина были выпиты и Дмитрий Иванович находился в возбужденном настроении подвыпившего человека, он заговорил порывисто и страстно, возвышая голос, так как орган играл какую-то бравурную пьесу.

            -- Вот теперь я чувствую себя в некотором роде свободным гражданином вселенной и могу, Василий Васильич, разговоры разговаривать по душе. А трезвый -- я застенчив и, знаете ли, привык помалчивать, чтобы, значит, невозбранно получать свои двести пятьдесят рублей. Ведь это большое свинство, Василий Васильич, -- молчать, когда хочется и обязан крикнуть во всю мочь: "Так жить нельзя!.." Но я не один, Василий Васильевич... Конечно, это не оправдание, но все-таки... я не один... Понравились вам моя старушка и сестра?

            -- Очень.

            -- То-то... Это, я вам скажу, золотые сердца... Мать-то что перенесла, чтобы меня поднять на ноги... Ох, как бедовала ради меня... И все наши славные... Кроме Сони, у меня еще две сестренки в гимназии... Зайдете,

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту