Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

98

письма не получал, и никто о нем никогда не узнает. Если этот дурак действительно застрелился, надо быть на одной из панихид и затем на похоронах... Во всяком случае, неприятная история. Вот что значит иметь дело с глупыми людьми. Сделает пакость в надежде на вознаграждение и винит других...

            Так думал старый профессор, не догадывавшийся, что имя его уже крепко припутано к этой "глупой истории" и что Перелесов, расставаясь с жизнью, постарался отомстить виновнику своей смерти.

            -- К тебе можно, папа? -- раздался на пороге свежий молодой голос.

            -- Можно, можно, Лизочка.

            И голос Найденова зазвучал нежностью, а злые глаза его тотчас же приняли выражение нежной любви при виде высокой стройной девушки лет двадцати.

            Она заглянула отцу в глаза, сама чем-то встревоженная, и спросила:

            -- Ты встревожен, папа?

            -- Я?.. Нет... С чего мне тревожиться, моя родная! -- торопливо ответил старик и с какою-то особенной порывистою нежностью поцеловал дочь.

            -- Так ты, значит, не знаешь печальной новости?

            -- Какой?

            -- Перелесов сейчас застрелился...

            Старый профессор, давно уже ничем и ни перед кем не смущавшийся, смущенно проговорил:

            -- Застрелился? Откуда ты об этом узнала, Лиза?

            -- Я сейчас гуляла и встретила Ольгу Цветницкую...

            -- И что же? -- нетерпеливо перебил Найденов.

            -- К ним на минутку заезжал Заречный, чтобы сообщить, что Перелесов застрелился. И знаешь почему, папа? Это ужасно! -- взволнованно прибавила молодая девушка.

            -- Почему же?

            -- Он был автором этой мерзкой статьи, -- помнишь, папа? -- в которой были оклеветаны Заречный, Косицкий и другие профессора. И не мог пережить позора...

            -- Но откуда все это известно? -- едва скрывая тревогу, спрашивал Найденов.

            -- Он сам признался во всем в письме к Заречному и просил прощения... Несчастный! Кто мог думать, что он был способен на такую подлость... Но он искупил ее своею смертью... Говорят, что он еще написал письмо...

            -- Кому? -- упавшим голосом спросил старый профессор.

            -- Ольга не знает... Кому-то из профессоров.

            Найденова охватила мучительная тревога, и он невольно вспомнил заключительные строки только что уничтоженного письма. Вспомнил, и что-то невыносимо-жуткое, тоскливое прилило к его сердцу при мысли, что может открыться его прикосновенность к самоубийству Перелесова, и тогда он потеряет любовь сына и дочери.

            А он их любил, и кажется, одних их во всем свете!..

            Дома, в глазах жены и детей, он был в ореоле знаменитого ученого и безукоризненного человека. Никто из них не знал и не мог бы допустить мысли, что на душе старого профессора слишком много грехов, и таких, за которые можно сгореть со стыда. Перед своими он словно бы боялся обнажать душу и обнаруживать свой беспринципный цинизм, понимая, как это подействовало бы на молодые сердца, полные энтузиазма и веры в людей. Он большую часть своего времени проводил в кабинете, но, встречаясь с женой и детьми, бывал с ними необыкновенно ласков и нежен и при них никогда не высказывал своих безотрадно-скептических взглядов неразборчивого на средства честолюбца и карьериста, словно бы оберегая любимые существа от своего тлетворного влияния, и дети гордились своим отцом и горячо любили его, объясняя его нелюдимство и не особенно близкие отношения с профессорами его страстью к ученым занятиям. Они, быть может, и замечали, что многие относятся к отцу недоброжелательно и даже прямо враждебно, но это -- казалось им --

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту