Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

6

экзаменам, и порешили разойтись в ближайшее воскресенье, когда жена могла не идти в клинику. Разошлись мы по-хорошему, без сцен и без упреков, -- словом, без всяких драматических осложнений... Напротив. Она простерла свою внимательность до того, что сама уложила мое белье и платье, предоставив моему попечению одни только книги и взяв с меня слово принять вину на себя, если она захочет повторить глупость, то есть выйти опять замуж, "но, конечно, за более основательного человека", -- любезным тоном прибавила она. С тех пор мы и не видались. Ну, вот я и кончил свою одиссею, стараясь не особенно злоупотреблять вашим вниманием. Позволите закурить?

            -- Пожалуйста...

            -- Ну, а теперь мой черед, Маргарита Васильевна, допросить вас. Позволите?

            -- Позволю.

            -- Вам как живется? Я слышал, недурно?..

            -- И не особенно хорошо! -- произнесла молодая женщина.

            Невзгодин взглянул на Маргариту Васильевну и заметил что-то сурово-страдальческое в ее лице.

            "Видно, раскусила своего благоверного", -- подумал он и, осведомившись из любезности об его здоровье, продолжал:

            -- Только сытым коровам нынче хорошо живется, Маргарита Васильевна, а людям, да еще таким требовательным, как вы, трудно угодить... Ищете по-прежнему оригинальных людей? Много работаете? -- деликатно перешел он на другую тему.

            -- Бросила искать. Их так мало среди моих знакомых. Кое-что перевожу... Читаю.

            -- Бываете в обществе?

            -- Бываю, но редко... Мало интересного... Дома спокойнее, хоть и в одиночестве.

            -- А Николай Сергеич?

            -- Он редко по вечерам дома. Заседания, комиссии... Я более одна.

            -- Значит, набили вам оскомину московские фиксы, Маргарита Васильевна?

            -- И как еще.

            -- Видно, они такие же, что и прежде! Чай с печеньем, невозможная толпа приглашенных в маленьких комнатах, какой-нибудь приезжий "гость" в качестве гвоздя, изредка певец или певица для разнообразия, сплетни и самые оптимистические административные слухи и, наконец, объединяющий ужин и за ним обязательно речи, и иногда длинные, черт возьми, речи, и всегда с гражданским подходом... Сперва тост за "гостя", который... и так далее, потом за "честного представителя науки", который... и так далее, за "мастера слова", за "жреца искусства" -- одним словом, кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку. Иван Петрович великий человек и Петр Иваныч тоже великий человек, и, чтоб никому не было обидно, всем по тосту и по "великому человеку" белым или крымским вином... Знаю я эти фиксы... Узнаю свою милую Москву... Любит она таки поболтать и покушать...

            -- Эта болтовня с цивической окраской и противна...

            -- Отчего?.. Мне так она прежде нравилась. По крайней мере, люди приучаются говорить.

            Невзгодин стал прощаться.

            -- И то вместо минутки час просидел, а мне еще надо в одно место.

            -- Ну, не удерживаю... Приезжайте опять, да поскорей... вечером как-нибудь. Мне еще надо обо многом с вами переговорить... Я тут одно дело затеваю... И вообще, надеюсь, мы, как старые друзья, будем часто видеться.

            -- Я бы не прочь, да боюсь, Маргарита Васильевна.

            -- Чего?

            -- Как бы старое не вернулось. Рецидивы, знаете ли, бывают при лихорадках! -- шутливо промолвил Невзгодин.

            -- И как вам не надоест всегда шутить, Василий Васильич... Зачем вы этот вздор говорите?.. Кокетничаете?.. Так вы и без кокетства милый старый приятель, которого я всегда рада видеть... Что было, то не повторится... Так навещайте... С вами как-то

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту