Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

29

Не чужой ты ему. Сходи, Сергей Васильич.

            -- Сходить-то отчего не сходить, только вряд ли...

            -- Требуй, объясни, что мы -- бедные люди. Не бесчувственный же он в самом деле!.. Антонина, твоя выжига сестрица, уж, верно, у него просила взаймы без отдачи. Ты-то чего зевать будешь?..

            -- Не лучше ли попросить брата Николая поговорить с Сашей, а? За глаза как-то деликатней и можно круглее сумму спросить. Что ты на это скажешь, Феоза?

            -- Что ж, настрой полковника...

            -- А сколько, ты думаешь, спросить?.. Тысчонки две, три?

            Феоза Андреевна презрительно поджала губы и с укором покачала головой.

            -- Ну пять, что ли?

            -- Как вы глупы, Сергей Васильич, и как мало думаете о будущем, -- вспылила Феоза Андреевна. -- По крайней мере десять! Надо быть подлецом, чтобы не дать нам десяти тысяч при его миллионах! -- мрачно прибавила тетя-уксус.

            Супруги стали мечтать об этих десяти тысячах. Если они их получат, то можно отдать их под вторую закладную дома и иметь двенадцать процентов. Это тысяча двести рублей лишнего дохода к двум тысячам жалованья.

            -- Тогда можно и дачку получше нанять, и обстановку подновить, а то просто срам, какая у нас обивка в гостиной.

            -- Д-д-да, хорошо бы, -- согласился дядя Сергей и прибавил: -- Бывает же людям счастие!..

            -- Да еще каким... Твой-то племянник, если говорить правду, дрянь-то порядочная. Недаром в Архангельскую губернию туряли... Даром не турнут...

            -- А ты как думаешь, Феоза, он даст?

            -- Не смеет не дать! -- с каким-то закипающим озлоблением прошипела тетя-уксус. -- Женится на уроде с миллионами да не дать честным, порядочным близким людям десяти тысяч?!. Можно, наконец, и припугнуть голубчика, если он окажется подлецом.

            Дядя Сергей удивительно посмотрел на жену.

            -- Не понимаешь?.. Все вам объясни и в рот положи?.. А вот как припугнуть: дать понять, что можно и свадьбу расстроить...

            -- Это как же?

            -- А так же... Написать анонимное письмо Раисе этой, что жених-то ее обманывает, на деньгах женится... Разве это не правда?..

            -- Положим, и правда, только ты, Феоза, того... далеко хватила... И не поверит она анонимным письмам: говорят, влюблена, как кошка... А если Саша догадается, кто сочинял, тогда и копейки от него не получишь... Нет, уж ты чересчур проницательна, Феоза... Завралась, матушка!

            Подобный же разговор шел и у Бобочки с Катенькой. Начал его чистенький, румяный и миловидный Бобочка, находившийся в весьма меланхолическом расположения духа за десять дней перед двадцатым числом.

            -- Верно, Саша и тебя не забудет, Катенька? Уж если он Володе дал пятьсот рублей на рестораны, так тебе не грех помочь... Как ты думаешь? Оно было бы недурно иметь кое-что про черный день... Очень бы недурно.

            -- Предложит, не откажусь, но сама просить ни за что не стану, -- решительно заявила Катенька и вся даже покраснела.

            -- Боже сохрани, просить, унижаться, -- поспешил, по обыкновению, вильнуть Бобочка. -- Можно бы, знаешь ли, Катенька, как-нибудь в разговоре, при случае, намекнуть о нашем положении. Что стоит помочь сестре при его богатстве...

            -- Но ведь богатство

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту