Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

4

цифры с такой небрежностью, что благообразный, чистенький и необыкновенно вежливый швейцарец, спокойное лицо которого, казалось, ничему не удивлялось, на этот раз с удивлением взглянул на молодого человека.

            -- Не удивляйтесь, Адольф Адольфович, -- произнес со смехом молодой человек. -- Я женюсь и... беру за женой два миллиона и прииски...

            -- Два миллиона? Вы не шутите? -- взволнованно воскликнул Дюфур.

            -- Какие шутки!

            Гладко выбритое безусое лицо швейцарца отразило восторженное изумление. Цифра эта произвела чарующий эффект. Он поднялся с кресла, с чувством пожал руку своего клиента и торжественно поздравил с таким счастливым событием.

            Затем он сел и в каком-то благоговейном раздумье прошептал:

            -- Два миллиона большие деньги...

            И после паузы спросил:

            -- А дело это верное? Не расстроится?

            -- Будьте покойны, Адольф Адольфович. Я не дурак, чтоб лишиться двух миллионов... Дело верное.

            Кругленький и румяный швейцарец с невольным уважением взглянул на молодого человека, представившего такой веский довод и сумевшего отыскать жену с двумя миллионами. Хотя он и верил словам Пинегина, тем не менее "позволил себе" спросить, если это не секрет, фамилию невесты.

            -- Коновалова, Раиса Андреевна.

            Оказалось, что господин Дюфур, знавший весь Петербург, слышал про эту девушку.

            -- Огромное состояние у вашей невесты, Александр Иванович, и, кажется, в полном ее распоряжении... Папенька ихний год тому назад умер.

            -- И маменька тоже умерла, -- добавил Пинегин.

            -- Без мужчины как-то и страшно девушке с таким богатством, -- сентенциозно промолвил господин Дюфур. -- Ваша невеста, если не ошибаюсь, живет в своем доме, в Караванной? Славный домик! -- прибавил Адольф Адольфович.

            -- Совершенно верно, в Караванной, номер четырнадцатый.

            -- Да, да... Господь награждает добрых людей... Я весьма рад счастливой перемене в вашей судьбе и всегда уважал вас: вы так аккуратно вносили проценты, а это такая редкость... Не смею не исполнить вашего желания и отдам вам триста рублей, приготовленные для другого лица... Вам -- экстреннее... Такой случай.

            С этими словами господин Дюфур, не спеша, выбрал из пачки вексельных бланков бланк "от 500 до 600" и подал его Пинегину, придвинув чернильницу и перо. Пинегин подписал бланк без проставленного текста, предоставив это сделать самому Дюфуру, зная, что Дюфур, соблюдая свою честность -- честность ростовщика, никогда не злоупотребит доверием.

            Посмотрев на подпись, Адольф Адольфович с обычной своей аккуратностью отметил карандашом на уголке векселя цифру 300, что значило, что в тексте будет поставлено 600 (он брал двойные векселя, но при расчетах получал что следует), затем записал по-французски выдачу в одну из своих книг и только тогда встал и отпер большой железный шкаф, где хранились деньги и документы. Вынув оттуда две сотенные и пачку мелких бумажек, он подал их Пинегину и проговорил:

            -- Двести восемьдесят четыре рубля... Рубль за бланк. Будьте любезны, сосчитайте.

            Пинегин сосчитал и, пряча деньги в бумажник, спросил:

            -- А когда прикажете, Адольф Адольфович, прийти за

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту