Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

9

            Почти все офицеры строго и неприязненно взглянули на Байдарова и, опустивши глаза на тарелки, стали усиленно есть, точно котлеты интересовали их более всего.

            Только Сойкин не поднял глаз на Байдарова. Молодого механика подергивало точно в лихорадке.

            А Николай Николаевич Байдаров еще выше поднял свою белокурую голову. Его красивое молодое лицо, свежее, румяное и холеное, безбородое, с шелковистыми небольшими усиками, и его голубые, блиставшие резким блеском глаза были дерзко вызывающие. На тонких искривленных губах блуждала усмешка. Маленькая рука с кольцом на мизинце небрежно играла цепочкой на белоснежном жилете.

            Прошла минута, другая...

            -- Уходите, Николай Николаич, -- шепнул сосед его.

            Байдаров небрежно пожал плечами и тихо промолвил, кивнув на Сойкина:

            -- Этого... что ли, бояться?..

            И едва Байдаров сказал это слово, как Сойкин неожиданно поднялся с места и, едва держась на ногах, крикнул каким-то сдавленным голосом:

            -- Вы подлец, господин Байдаров!

            И в то же мгновение дал пощечину.

            Все ахнули. Петр Васильевич замер от ужаса и стыда. Ему казалось, что он сам виноват и так позорно оскорблен.

            Сойкин тотчас же стал спокойнее. Он подошел к старшему офицеру и дрогнувшим, робким, молящим голосом произнес:

            -- Простите, Петр Васильевич... Прикажите арестовать...

            -- О, голубчик... Что вы сделали?.. Идите в каюту под арест! -- упавшим голосом ответил Петр Васильевич, не смея поднять глаз на Байдарова.

            Байдаров хотел усмехнуться, и вместо улыбки лицо его искривилось болезненной гримасой. Он обвел позеленевшими глазами присутствующих, остановил долгий злой, смертельный взгляд на Сойкине, точно хотел запомнить его лицо навсегда. И, словно поняв весь ужас и позор оскорбления, вдруг поник головой и, закрыв свою горящую щеку, убежал из кают-компании.

            Через пять минут он прислал старшему офицеру рапорт о болезни.

         

      VI

           

            Петр Васильевич, подавленный и грустный, доложил капитану об ужасной истории...

            -- Добился-таки Байдаров пощечины! -- сурово промолвил капитан. -- Довел бедного Сойкина... Под суд пойдет... Славный молодой человек...

            -- И какой скромный... Терпел... терпел... Уж я просил Байдарова...

            -- Надо было, Петр Васильевич, раньше списать с корвета этого гуся... И мы оба с вами виноваты, что держали его...

            -- Виноват-с... Этакая история, Владимир Алексеич!

            -- Как бы Байдаров в Батавии не убил Сойкина на дуэли... Надо как-нибудь не допустить этой глупости... Не пускайте Сойкина в Батавии... И пусть он извинится перед Байдаровым в кают-компании... А Байдаров в Батавии же спишется и пусть едет в Россию... Не захочет, так я сам спишу.

            -- Сойкин, я думаю, согласится извиниться, да Байдаров...

            -- Не удовлетворится?

            -- Едва ли...

            -- Ну и пусть как знает... Он пощечину поделом получил... Еще удивляюсь, как раньше не получил этот наглец... Воображает, что дядя министр и отец адмирал... Ну, что делать... И вы не волнуйтесь, Петр Васильич. Знаю, какой вы сами миролюбивый... И скажите Сойкину, чтобы он не тревожился... Попрошу в Петербурге, чтобы

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту