Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

225

улыбается правитель канцелярии.

            -- Я полагаю, странно.

            -- Но, быть может, ваше превосходительство, цель очень уважительная.

            -- Работать, как простой мужик? -- усомнился генерал.

            -- Этот молодой человек -- технолог.

            -- А дальше?

            -- И хочет изучить сельское хозяйство на практике.

            -- А?.. Вы думаете?

            -- Я не могу предрешать фактов, но полагаю... Во всяком случае, если угодно будет вашему превосходительству поручить строжайшее наблюдение...

            -- Конечно, конечно.

            Никодим Егорыч получил соответствующие приказания.

           

           

            Стоял жаркий июльский день. Как-то особенно парило в воздухе. Было около девяти часов утра.

            Вася с Чумаковым в это время приближались к Залесью, направляясь к большому торговому селу Большие Выселки, где в этот день была ярмарка.

            Вася рассказывал товарищу подробности о сцене, которой оно был свидетелем в прошлом году. На Чумакова этот рассказ произвел впечатление. Подробности он слышал от Васи в первый раз.

            Залесье было близко. Они увидали толпу, стоявшую перед волостным правлением.

            -- Сходка! -- промолвил Вася.

            -- Сходка! -- повторил Чумаков.

            Однако -- странное дело -- они не слыхали обычного шума волнующейся толпы.

            -- Это не сходка! -- сказал Вася, прибавляя шагу.

            -- А что же такое?

            -- Ты слышишь? -- вздрогнул Вася. -- Это не сходка!

            Жалобный крик пронесся в воздухе. Еще и еще.

            Они входили в улицу. На них никто не обратил внимания. Вопли раздавались сильней. Вася был бледен. Он взглянул на Чумакова. Чумаков вздрагивал. Они подошли к толпе, и Вася спросил у одного мужика:

            -- Что здесь?

            Мужик взглянул на Васю и сердито ответил, отворачиваясь:

            -- Исправник порет!

            -- За что?

            Мужик не отвечал.

            -- За что? -- повторил Вася.

            -- Известно... недоимки! -- проговорил другой мужик.

            Вася пробирался через толпу... У него тряслись губы; глаза блуждали.

            -- Куда ты лезешь? -- говорили в толпе. -- Лестно, что ль, поглядеть?

            Но он шел вперед, пока не дошел до ворот. Его схватила за плечо чья-то сильная рука, но он рванулся вперед.

            -- Вася, Вася, что ты делаешь!.. Уйдем! -- говорил Чумаков и сам шел за ним.

            Вася остановился и взглянул, но тотчас же зажмурил глаза от какой-то невыносимой боли. Он увидал седую бороду, опустившуюся со скамьи, и окровавленное тело... Более он ничего не видал, но стоны еще слышал -- ужасные стоны!.. Он все стоял. Что-то приливало к сердцу. Рыдания давили грудь, но он не плакал. Вдруг все стихло.

            Он снова взглянул.

            Никодим Егорович стоял на крыльце и махал рукой. Его лицо было спокойно. Только рыжие усы двигались неестественно быстро. Он курил папиросу и часто пускал дым.

            В ногах у него валялся мужик.

            -- Плати! -- раздался крик.

            Нет ответа.

            -- Пори!

            Двое мужиков схватывают под руки валявшегося в ногах. Но он освобождается и сам ложится.

            Раздался взмах розог. Толпа глядит молча.

            Вася трясется как в лихорадке, губы беззвучно что то шепчут. Раздается вопль, и какая-то сила выбрасывает Васю вперед.

            -- Послушайте... да разве так... Не троньте! -- вдруг вырывается из груди его не то крик, не то стон.

            Никодим Егорович на секунду ошеломлен. Кто-то сказал:

            --

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту