Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

222

у родных обедал.

            Чумаков усмехнулся.

            -- Нет-с, я тоже в кухмистерских.

            -- А иногда и так, мама! -- подсказал Вася.

            -- Как так? -- удивилась Марья Степановна.

            -- Ситник и колбасы кусок.

            -- И, как видите, слава богу! -- рассмеялся Чумаков.

            -- Ну, я вас откормлю, голубчиков. Сейчас покушаете. Сейчас будет готово. А Коля и Леночка здоровы?

            -- Здоровы.

            -- Обидно, что они не приедут. Что делать!

            -- Что, как его дела? -- осведомился Иван Андреевич.

            -- Кажется, ничего себе! -- уклончиво отвечал Вася, не желая огорчить отца.

            -- Адвокатура как?

            -- Кое-какие дела есть. Однако немного еще.

            -- Будут! Малый он талантливый. Из него может выработаться хороший адвокат. Писательство он, верно бросит. Таланта настоящего у Коли нет, ну, да и усидчиво работать мы не умеем! Он-то пока мечтает, -- сам впрочем, убедится. Статьи его ничего себе, но и только, а адвокатом -- это его дело! Одну речь его я читал. Ничего, недурна, очень недурна, только очень уж он противника своего допекал, Присухина. Ты был на суде? Слышал? Хорошо говорит Коля?

            -- Хорошо.

            -- И речь честная, славная. И дело-то чистое. Ну, да Коля не станет вести нечистых дел!

            -- Еще бы! Тогда... Разумеется, не станет!

            -- Однако я расспрашиваю, а вам с дороги, видно, есть-то хочется. Проведи-ка, Вася, Андрея Николаевича в твою комнату. Вы как, вместе хотите?

            -- Вместе! -- ответил Вася.

            -- А то Колина комната свободна. Ну, как знаете!

            Через час все сидели за столом. Марья Степановна то и дело подкладывала кушанья молодым людям.

            -- Кушайте, голубчики, кушайте!..

            Вася уже успел сбегать в людскую, побывал в конюшне у кучера Ивана, заглянул к старой няне. Все было по-прежнему в Витине; все обрадовались приезду Васи и после говорили о нем:

            -- Такой же душевный... Из тела только поотощал!

            После ужина, когда стали расходиться, Иван Андреевич увел Васю к себе в кабинет, обнял его и, усаживая подле себя, проговорил:

            -- Ну, теперь, милый мой, расскажи мне о себе.

            -- О чем, папа?

            Старик понизил голос и тревожно спросил:

            -- Ты... в разных там кружках не участвуешь? Нынче ведь вы...

            -- Знаком...

            -- Знаком? И принимаешь участие? -- со страхом проронил старик.

            -- Нет, папа, -- ответил Вася. -- Ведь я обещал тебе сперва учиться. Я сдержу слово!

            -- То-то... Спасибо, голубчик. Ты еще так молод. Не торопись... Прежде проверь себя, проверь свои мнения. Я знаю, сердце-то твое горячее... кипит, но подожди, подожди, мой хороший! -- почти умолял старик, с любовью глядя на Васю.

            Вася несколько времени молчал, потом тихо заметил:

            -- Ты прав... я еще мало знаю... И не ты один прав... Прокофьев -- жаль, ты его не знаешь, -- то же говорит... Надо сперва подготовить себя.

            Отец никак не ожидал такого вывода.

            -- Подготовить себя? К чему?

            -- Ко всему! -- тихо проронил Вася.

            В свою очередь, и отец замолчал. Он слишком хорошо знал сына, чтобы сомневаться в истинном значении этих слов.

            -- И что ж ты думаешь делать... потом?

            -- Не знаю... Разве можно сказать?.. Знаю одно, -- и голос его дрогнул, -- знаю, что все мои силы, все мои мысли, жизнь моя... будет посвящена тому, что я считаю правдой... Ты знаешь... Я писал тебе...

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту