Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

123

            -- Ах ты какой! И хоть бы сказал когда!.. -- с любовью заметил Иван Андреевич.

            Отец был очень рад, что Вася поступит в технологический институт -- Вася в академию не пожелал, -- но все-таки видел, что беседы его не переубедят юношу. Отец звал сына не туда, куда стремился юноша. Он предлагал ему счастие, а сын искал креста.

            Марья Степановна тревожно смотрела на Васю. Она нередко спрашивала: "Что с ним? Здоров ли он?"

            -- Ничего, мама, не беспокойся, я здоров.

            -- Но отчего ты такой нелюдим?

            -- Так уж... Разве это тебя огорчает?

            -- Тебя жаль. Мне все кажется, что ты болен. Не остаться ли тебе еще годик в деревне?

            -- Нет, я поеду. А ты не беспокойся.

            И он обвил шею матери своими длинными руками и нежно глядел ей в глаза. А мать тоже смотрела долго на него, и вдруг ей сделалось жаль сына. Ее поразило что-то особенное в этом нежном, страдальческом взгляде, и почему-то показалось ей, что сын не жилец на свете. Слезы тихо закапали из ее глаз.

            -- Ты что это? Не плачь, дорогая!..

            -- Милый мой!..

            -- К чему плакать? Разве я такой жалкий?

            -- Нет, нет. Так... взгрустнулось.

            Вася долго сидел около матери и все старался ее успокоить. Она сквозь слезы улыбнулась, улыбнулся и он.

           

           

            Однажды Вася откуда-то пришел домой со связкой книг, необыкновенно взволнованный и возбужденный.

            -- Что с тобой, Вася? Откуда ты? -- остановил его Николай, пораженный встревоженным видом брата.

            -- От Прокофьева. Он мне книг дал.

            -- Разве он приехал?

            -- Две недели тому назад.

            -- Покажи-ка, что за книги?.. Ого!.. -- протянул Николай. -- Книги все хорошие. Да разве ты, Вася, знаешь французский язык?

            -- Ничего себе, знаю. Читать могу свободно.

            -- Когда ты это успел?

            -- Да здесь.

            -- А это что за список у тебя из кармана торчит? Можно взглянуть?

            -- Смотри.

            Николай пробежал длинный список книг и проговорил:

            -- Список превосходный. Это на что же?

            -- Прочитать надо.

            -- Прокофьев советовал?

            -- Да.

            -- У него книг, видно, много?

            -- Ах, если бы ты знал, Коля, сколько у него книг! Вся комната завалена книгами, и все такими. А сам-то как живет, -- тут же и кровать; скромно-скромно живет. Я у него целое утро провел и целый бы день остался, да ему некогда. Он пошел рабочим лекции читать.

            -- Лекции?

            -- Как он говорит! То есть не то, что хорошо... нет, и хорошо, а знаешь ли, -- так никто не говорил, то есть я не слыхал. Никто! Знаешь ли, Коля, -- все, о чем я думал, что меня мучит, он понял... Нет, Коля, это такой человек, такой...

            -- Да говори толком, а то только и слышу: такой человек, такой человек! Что за телячий восторг!

            -- Не смейся, Коля! Ну да, я в восторге. Ведь он, Коля, все мое душевное состояние объяснил. Ведь он... Да ты пойми, Коля, пойми, голубчик... Он не так, как все... Он не для себя живет... Он...

            -- Эка восторги какие! А для кого же? -- насмешливо перебил Николай.

            -- Для кого? Да ты, Коля, опять смеешься. К чему же ты расспрашиваешь? Я не стану говорить. Я не могу слышать, когда над такими людьми смеются!

            И Вася прошел в свою комнату.

           

         

      XXXI

           

           

            В светлый сентябрьский день, в четырехместной коляске, с кучером Иваном на козлах,

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту