Станюкович Константин Михайлович
(1843-1903)
Проза

73

город С. Вязников принял близко к сердцу вчерашнее происшествие в Залесье и выразил надежду, что бог даст дело как-нибудь обойдется и никаких дурных последствий для крестьян не будет. Быть может, явится даже возможность через губернатора, который, в сущности, добрый человек, -- прибавил Вязников, -- повлиять на Кузьму и убедить его отсрочить продажу.

            -- Во всяком случае, надо попытаться!

            Вася просиял, когда за чаем услышал этот разговор. Он так восторженно любовался отцом, что старик, улыбаясь, промолвил:

            -- Ты что так смотришь, Микула Селянинович, а? И сегодня ты как будто веселей, не то что вчера.

            -- Я надеюсь, что ты, папа, поможешь. Тебя послушают.

            -- Ну, брат, не особенно нас слушают! Ведь вот ты же меня вчера не послушал, я не убедил, кажется, тебя, что тебе надо учиться, а не поучать Кузьму и становых! -- шутя заметил Вязников. -- Но я не падаю духом и не теряю надежды со временем убедить тебя, что твои увещания по меньшей мере бесполезны. Еще поспорим, мой философ! Теперь будем чаще спорить, а то ты какой-то со мной бука был, мой мальчик. Будем ведь спорить?

            -- Будем.

            -- Но споры -- спорами, а занятия -- занятиями. Надеюсь, что ты будешь готовиться к экзамену?

            -- Я готовлюсь.

            -- Ты не захочешь огорчить нас, стариков, оставаясь неучем?

            -- Мне было бы тяжело огорчить вас! -- с чувством проговорил Вася как бы в раздумье.

            -- То-то... Эх, брат, перемелется -- мука будет! Не все кругом ложь да зло, как тебе кажется. Ну, до свидания. Пожелайте нам успеха, господа! -- проговорил старик, прощаясь с женой и сыном.

            Вечером Вязниковы приехали в губернский город С. и остановились в гостинице. Иван Андреевич облекся в черный сюртук, чтобы тотчас же отправиться к губернатору, а Николай собирался в театр. Они условились после театра поужинать вместе с отцом в трактире.

            -- Сегодня я тебя угощу шампанским! -- заметил Николай.

            -- Ладно, ладно. Я, признаться, люблю это вино. Благородный напиток!

            -- Смотри же, в одиннадцать часов. Желаю тебе успеха! -- проговорил Николай, прощаясь на подъезде с отцом. -- Быть может, и мое прошение подействует. Верно, уж Лаврентьев здесь!..

           

           

            В это самое время его превосходительство Евгений Николаевич Островерхов, военный генерал лет под сорок, сидел в своем кабинете, внимательно слушая сообщение Кузьмы Петровича Кривошейнова о подробностях происшествия в Залесье и о нанесении побоев его доверенному. Время от времени его превосходительство нетерпеливо поднимал глаза на рассказчика, не без брезгливости рассматривая угреватое, грязноватое лицо Кривошейнова и его толстые, жирные пальцы и снова опуская глаза на бумаги, лежавшие на письменном столе.

            Еще вчера его превосходительство получил от рыжеватенького станового телеграмму о происшествии, -- Ивана Алексеевича, исправника, не случилось в ту пору дома, и становой решился сам телеграфировать, -- и утром сегодня выслушал доклад об этом деле лично от станового и от Ивана Алексеевича, поспешившего приехать в город и доложить со слов своего помощника. Распорядительный и энергичный генерал еще ночью отправил на место происшествия чиновника особых поручений, приказав ему немедленно дать знать ему о том, что делается в Залесье, и уполномочив в крайнем случае вызвать из ближайшего города воинскую команду. В то же время сообщено было

 

Фотогалерея

Stanjukovich 10
Stanjukovich 9
Stanjukovich 8
Stanjukovich 6
Stanjukovich 5

Статьи
















Читать также


Морские рассказы
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту